– О-о-о, да, это еще хуже, – соглашается ма, благодарно кивая ей, прежде чем бросить на четвертую тетю еще один грозный взгляд. Четвертая тетя ее игнорирует.

– Конечно, если мы пойдем в полицию и все объясним, они поймут, что Мэдди не убийца. Посмотрите на нее!

Я вдруг снова становлюсь объектом четырех пар проницательных глаз.

Я изо всех сил стараюсь не съежиться от такого внимания. Старшая тетя обменивается взглядом с ма. Хотя вопрос не звучит, я знаю, о чем она спрашивает маму: «Это твоя дочь, что ты хочешь сделать?»

Ма выпрямляется.

– Мы не пойдем в полицию. Нет, я не доверяю им. Мы не знаем, что они скажут. Они могут сказать, что она вспорола тело…

– Испортила тело, ты имеешь в виду, – поправляет четвертая тетя.

Ма бросает на нее взгляд, полный яда.

– Они могут сказать, что она блокирует правосудие.

– Препятствует правосудию, – снова поправляет четвертая тетя.

– Предельно ясно, что я имею в виду! – огрызается ма. – Мы знаем, что твой английский очень хороший, не нужно выпендриваться, ладно?

Четвертая тетя вскидывает руки вверх.

– Я просто помогаю!

Старшая тетя ловит ее взгляд и слегка качает головой, и тут же четвертая тетя опускает руки с сердитым вздохом.

– Делай, что хочешь, – бормочет она.

У меня под кожей как будто вспыхивает огонь, и щеки становятся ярко-красными.

Мои мама и тетя ругаются из-за меня. То есть, ладно, ма никогда не ладила с четвертой тетей, и они ссорились при каждом удобном случае, но все равно, отстойно быть причиной их ссоры сейчас.

Старшая тетя кивает:

– Ладно, никакой полиции. Пойдемте, посмотрим на тело.

– И они говорят, что хотят двенадцать башен из лилий! – Ма практически кричит на меня по телефону.

– Вау, это потрясающе, ма, – говорю я, убавляя громкость на своем телефоне до минимума. Я не могу увидеть ее лицо, потому что, как обычно, камера направлена слишком высоко, поэтому видно только ее лоб и челку.

– Да, все идет так хорошо, Мэдди. Когда ты закончишь колледж и вернешься домой, все пойдет еще лучше, особенно когда у нас будут фотографии всего, что мы сделали.

Мне даже не нужно заставлять себя улыбаться. Семейный бизнес без меня был на удивление успешным. Должна признать, что мама и тети превзошли мои ожидания, хотя вначале я относилась к этой идее с некоторым сомнением.

Я помогаю и тут, и там, когда приезжаю домой, делая бесчисленное множество фотографий цветочных композиций ма и тортов старшей тети. Я даже сделала для них вебсайт. Он выглядит не так уж плохо, но я стремлюсь к тому, чтобы уделять этому больше времени, все упорядочить и сделать ярким и блестящим. Как бы странно это ни звучало, но я действительно планирую присоединиться к семейному бизнесу после выпуска. Кто бы мог подумать?

В мою дверь стучат, и секундой позже Нейтан заглядывает внутрь. Я быстро говорю ма, что мне нужно идти, и прерываю звонок. Я все еще не рассказала ей о Нейтане. Подумала, что выпуск уже очень скоро, и, как только мы получим дипломы, я обязательно расскажу им о Нейтане, потому что он будет постоянно приходить к нам домой. Если они будут вечно суетиться вокруг него, я его потеряю. Так что пока я выбираю быть эгоисткой. Оставить его лишь для себя. Только на время. У нас еще достаточно времени, чтобы отдать его им на растерзание. По крайней мере, с приближением выпускного Нейтан перестал спрашивать, когда я познакомлю его с моей семьей. Он знает, что осталось недолго, так что проявляет терпение.

– У меня есть новости, – говорит Нейтан с ямочками на щеках, когда входит.

– О? – Три года вместе, а от его вида у меня до сих пор перехватывает дыхание. Может быть, у меня астма. Я не должна задыхаться рядом с ним, ведь мы так давно знакомы. Но, если серьезно, это все его дурацкие ямочки. Они должны быть объявлены вне закона.

– Никакого озабоченного лица, – ругается он, ухмыляясь. – Пока нет, во всяком случае. – Он берет обе мои руки в свои. – Ладно, итак. Ты знаешь, что я стажировался в JLL [20] прошлым летом?

У меня перехватывает дыхание.

– Они предложили тебе должность? Это потрясающе! Я знала, что так и произойдет!

– Именно.

Я с визгом прыгаю в его объятия, и он поднимает меня над полом, смеясь.

– Подожди, я еще не закончил.

Я покрываю поцелуями все его лицо, поэтому пропускаю то, что он говорит позднее. Вернее, слышу, но мой мозг отказывается понимать. Я делаю паузу между поцелуями.

– Повторишь еще раз?

– Это в Нью-Йорке. Там находится их штаб-квартира.