— Канцлер, — произнёс Николай, не отрывая взгляда от площади. — Что нам известно о нынешнем статусе Александра Северова?

Тот раскрыл принесённую заранее папку — подготовился.

— Последний подтверждённый контакт — девять лет назад. Битва в Долине Костей. Наёмник «Воробей» уничтожил архимагистра Рональда Андерсона и исчез. Генерал Разин в закрытом рапорте подтвердил: Воробей — на самом деле являлся Александром Волковым, он же Александр Северов. После этого — ни единого следа. Большинство аналитиков считали его мёртвым из-за полученной смертельной раны. Иначе его столь долгое исчезновение было не объяснить.

— А теперь Британия заявляет, что он жив.

— Всё так, Ваше Императорское Величество. Более того, по нашим предварительным данным из Лондона, две недели назад произошло нечто из ряда вон… — канцлер сделал паузу, тщательно подбирая слова. — Якобы Северов извлёк Меч Короля Артура.

Тишина.

Император не двигался. Не моргал.

— И вы докладываете об этом только сейчас?

— Прошу простить, Ваше Величество, мы получили эту весть только вчера, да и посчитали её лишь байкой. Нелепыми слухами. Вы ведь и сами знаете сколько раз в году вынимают меч. И каждый раз — новость оказывается враньём. Мы уже давно не считаем их достоверными.

Император хмыкнул. Он и сам слышал не меньше двадцати раз, что кто-то умудрился вытащить меч, однако, действительно каждый божий раз это было нелепой дезинформацией. Люди любят посудачить, вот и придумывает невесть что.

— Но буквально полчаса назад ещё три источника подтвердили — Северов вытащил меч, — прокряхтел Пугачёв и тише добавил, — вот только вернул его в камень. Добровольно. Северов отказался от трона.

— Отказался…

Николай произнёс это слово так, будто пытался понять — какого оно на вкус. Неужели кто-то в мире мог отказаться от подобной власти? Никто, абсолютно никто в его окружении и на его памяти, включая него самого, ни за что не вернул бы легендарный Экскалибур и уж тем паче британский трон. Что он за человек? Этот последний Северов? Умалишённый? Вряд ли. Сумасшедший? Вспоминая его досье и все подвиги за карьеру — именно таким он и кажется. Ненормальным.

— Мальчишка, способный вытащить легендарный артефакт, просто отказался от абсолютной власти… — тихо произнёс император. — Ты встречал кого-то похожего, канцлер?

— Никак нет, Ваше Величество.

— Вот и я о том же, — хмыкнул тот. — Боюсь, он куда опаснее, чем написано в той папке, — указал он на досье в руках Пугачёва. Затем устало вздохнул. Его лицо изменилось, посуровело. Похоже, прибавился ещё один груз. Однако, тон остался всё такой же спокойный: — Готовьте приём. Для начала банкет. Торжественный. Сегодня вечером. Пригласите всех: глав великих родов, военную верхушку, дипломатический корпус. И… — император на мгновение задумался. — Передайте Евдокии, что я жду её присутствия. Без возражений.

Канцлер приподнял бровь, но молча кивнул и направился к выходу.

— Пугачёв.

— Да, Ваше Величество?

— Узнайте, в городе ли графиня Корнелия Романова-Распутина. Если да — убедитесь, что она тоже приглашена. Всё же, она также связана с Северовым.

— Будет исполнено.

Канцлер вышел.

Император же остался стоять у окна, глядя на серебристую Неву, по которой медленно двигались британские корабли к отведённым причалам.

«Александр… Мальчишка, выживший в резне Северовых. Прошедший тюрьму, штрафбат и войну. Наследник уничтоженного рода. Ненормальный Практик. Воробей. А теперь ещё и отвергнувший корону Король Британии. — Николай усмехнулся собственным мыслям. — Какой интересный человек. Евдокии двадцать семь. Она давно переросла всех женихов, которых я ей предлагал. Если ты хотя бы вполовину такой, каким тебя описывают… Что ж. Посмотрим.»

Корабли пришвартовались к двум часам пополудни. Церемонию выдержали в лучших традициях имперского протокола: почётный караул, салют из двадцати одного орудия, оркестр, играющий сначала британский, затем имперский гимн.

Первым по трапу сошёл Лорд Магнус. Древнющий старикан в тёмно-синей мантии и высокой шляпе-колпаке, опираясь на посох, ступил на гранит набережной и обвёл Петербург прищуром.

— Красиво, — признал он громко. — Холодно, мрачно и красиво. Как Лондон.

Его аура, которую он даже не трудился скрывать, прокатилась по набережной тяжёлой, давящей волной. Офицеры почётного караула побледнели. Несколько зевак из простого люда просто сели на мостовую, хватаясь за грудь.

— Лорд-Эфироправ… — пронёсся шёпот по рядам.

— Чудовище во плоти…

Но навстречу ей двинулась другая аура. Лорда господина Волконского — семидесятилетнего имперца в белом балахоне, напоминавшем священника.

— Добрый день. — предстал он перед британцами с заложенными за спину руками.

— Добрый, — улыбнулся Магнус и небрежно убрал ауру, как зонт после дождя. Хлоп. И давление стихло. Извиняться не стал.

Затем по трапу спустилась она.

Изабелла Виндзор. Королева Британии. Девятнадцатилетняя правительница.

На ней дипломатический мундир алого цвета с золотым шитьём. Никаких платьев иль же корсетов. Строгий покрой, высокий воротник, узкие белые брюки, заправленные в начищенные чёрные ботфорты. На поясе — церемониальная шпага. Чёрные волосы убраны в тугой хвост, на лбу — диадема с единственным рубином. Худенькая. Хрупкая на вид.