Концертный Зал Бальеро.

Сердце Арда сжалось. Не от усталости — от страха.

Тесс.

'— Бельский пригласил из театра Святой Царицы самого господина Марнакова!

— А-а-а-а… ну раз Марнакова…

— Неотесанный ты мужлан, — совсем не обидно засмеялась Тесс. — Это один из главных театральных режиссеров современности! И он приедет в Концертный Зал Бальеро! Будет ставить у нас мюзикл «Смерть Царя».'

Сегодня главный показ, и Тесс была на сцене. Ард помнил каждое слово, каждую деталь. И то, как счастлива была его без пары дней жена, когда получила роль.

Если мутант направился туда ради нее… Но зачем? Зачем Кукловодам рисковать столь ценным активом ради того, чтобы…

Ард стиснул зубы и побежал быстрее. Легкие отозвались очередным приступом кашля, и он ощутил, как кровь снова потекла по подбородку, но даже не стал вытирать.

Выбравшись на набережную у Концертного Зала, Ардан понесся по мостовой, не обращая внимания ни на что. Горожане шарахались от него, женщина в вечернем платье вскрикнула, а с перекрестка уже доносился пронзительный свист стражей. Двое из них попытались перехватить его — но Ард обогнул первого, как обегают фонарный столб, а второй просто не успел среагировать. Ардан снес его плечом и даже не замедлил бега.

Свистки множились за спиной, но куда там закутанным стражам в тяжелых шинелях и зимних сапогах — они не могли угнаться за ним. Пусть даже босым и раненым.

Черный вход в Концертный Зал располагался в узком переулке между основным зданием и станцией резервной генерации, находившейся в отдельном здании. Знакомый Ардану переулок — он уже пользовался именно этим входом.

Ардан свернул за угол и сразу почуял кровь — густую, свежую, еще не остывшую на морозном воздухе.

Двое верзил из числа людей Пижона лежали на бетонном крыльце. У обоих были перерезаны глотки — одним движением, точно и без колебаний. Ард опустился рядом с ближайшим и осмотрел тело. Ни следов борьбы, ни лишних порезов на руках. Железо, как револьвер, так и ножи, даже не пытались вытащить из кобуры и ножен.

Нанятые Пижоном головорезы даже не сопротивлялись.

Они стояли спокойно, пока кто-то не подошел к ним вплотную. Рядом валялась пачка сигарет. Пустая. Со следами крови. Они не сопротивлялись, потому что знали убийцу и хотели помочь прикурить.

— Или думали, что знали, — протянул юноша.

Ард замер. Волна холода, не имевшая отношения к зимнему воздуху, прокатилась вдоль его позвоночника. Как мутант мог оказаться одновременно в числе доверенных лиц Черного Дома и наемных верзил? Кем он представился? Ведь люди Пижона — это совсем не шпана и маргиналы из Тенда или Тендари. Их не обманешь поддельной бумагой и уверенным голосом. Они так легко подпустили бы к себе только того, кого знали в лицо.

В лицо…

Ардан медленно выпрямился. Мысль, вспыхнувшая в его сознании, обожгла неприятным ожогом. Алла Тантова. Ее дар — менять облик, перебирая личины из весьма широкого, но ограниченного списка.

А что, если мутант обладал похожими способностями, но куда мощнее? Он мог явиться к охранникам в любом обличье — коллегой, знакомым, даже самим Пижоном, какая разница. Нечто схожее с Тантовой, но в то же время обладавшее вариативностью способностей капитана Алоаэиол.

Но затем Ард вспомнил кошачьи лапы. Стопы мутанта, превратившиеся в нечто звериное прямо на бегу. Нет. Это совсем не просто изменение черт лица. Алла могла менять внешность, даже пол, но она оставалась человеком.

Этот же мутант изменил структуру тела целиком: кости, мышцы, сухожилия. Перестраивал скелет ступни на ходу. Как какой-то безумный скульптор, разминающий глину в попытке создать чудовище.

Если его способности действительно превосходили дар Тантовой, если он мог менять не просто облик, а всю архитектуру организма, то Кукловоды создали идеального крота. Существо, способное стать кем угодно и чем угодно. Не иллюзия, не заклинание, даже не вуаль искусства Эан’Хане — подлинная трансформация плоти.

— Идеальная химера, — прошептал Ардан.

Перед мысленным взором пронесся герб Братства Тазидахиана.

Вот и объяснение тесным связям…

Ард перешагнул через тела охранников и вошел внутрь.

Лестница привела его в служебный холл Концертного Зала — просторный коридор с высокими потолками и приглушенным Лей-освещением, через который сновали сотрудники. Костюмеры с охапками тканей, рабочие сцены с веревками и крюками, гримеры с чемоданчиками. Никто из них пока не знал, что снаружи лежат два мертвеца. Все были заняты одним: спектаклем, который шел прямо сейчас, за стеной.

Ард слышал приглушенную музыку, доносившуюся из зала, и далекие голоса. Он сглотнул и заставил себя сосредоточиться.

Юноша двигался между людьми, игнорируя их ошарашенные взгляды — босой, окровавленный, в рваной одежде, с безумными глазами. Кто-то окликнул его, кто-то попятился, какая-то женщина уронила коробку с булавками. Ард не замечал никого из них. Он принюхивался, поворачивая голову из стороны в сторону, как пес на охоте, выискивая среди десятков человеческих запахов ту самую мускусную нить.