РЕЗОНАНСНЫЙ МАЯК: Рост корневой системы +2.3 см/сутки.

Абсорбция фоновой субстанции: +7% к начальному уровню.

Прогноз: через 15 дней корни достигнут грунта

(0.8 м от полки до пола).

После контакта с грунтом — прямое питание от Реликта.

Скорость сбора данных увеличится в 4–6 раз.

Критическая точка (обнаружение Магистрального Узла):

18 дней — скорректировано: 12 дней после контакта с грунтом.

Двенадцать дней после контакта с грунтом. Пятнадцать дней до контакта. Двадцать семь дней, если считать с сегодняшнего вечера. Но это если корни растут с постоянной скоростью, а они ускорялись.

Совпадение с дедлайном Аскера было случайным, но от этой случайности по спине прошёл холод, как от сквозняка.

Я переставил горшок с плесенью на верхнюю полку, подальше от миски, подальше от маяка. Потом взял нож и осторожно срезал горизонтальную нить, тянувшуюся к месту, где стоял горшок.

Нить оборвалась легко, с тихим щелчком, как лопнувшая паутинка. Из среза выступила капля бордовой жидкости — крохотная, с булавочную головку. Я промокнул её кусочком ткани. Жидкость была тёплой и оставила на ткани пятно, которое не впиталось, а осталось на поверхности, как капля ртути.

Через минуту на месте среза проклюнулся новый отросток — крохотный, тоньше ресницы, но целенаправленный, он пополз в ту же сторону, куда вёл срезанный предшественник.

Маяк регенерировал. Живой кристалл из обработанной Кровяной Жилы, костяная оправа из Виридис Максимус. Рен знал, что оставлял. Знал, как поведёт себя маяк в аномальной зоне. Это рассчитано.

Я встал. Прошёлся по мастерской, считая шаги — пять в длину, пять в ширину. Маршрут, вытоптанный за полтора месяца, от стола к очагу, от очага к полке, от полки к окну.

Нужно думать. Сел за стол, взял черепок и стержень.

«Маяк — живой организм. Растёт. Ищет субстанцию. Регенерирует повреждения».

Написал и остановился. Перечитал. Добавил:

«Нужно: 1) изолировать от грунта; 2) создать ложный фон; 3) замедлить рост. Пункты 2 и 3 чистая алхимия уровня B. Пункт 1 можно попробовать здесь. Сейчас».

Пункт первый. Изоляция.

Я достал из-под стола банку с маскирующим бальзамом. Красножильник — сорок процентов, серебро — десять процентов, жир — пятьдесят. Блокирует хеморецепцию мицелия, проверено на обращённых. Мицелий не видел обработанные участки, обходил их, как река обходит камень. Маяк — живой организм. Его корни тоже ищут субстанцию по химическому градиенту. Если красножильник блокирует градиент…

Я взял глиняную миску, потом достал каменную плитку, которую использовал как подставку для горячих склянок, и положил её на дно миски. Камень как дополнительный барьер между маяком и деревянной полкой.

Затем осторожно, двумя пальцами, взял маяк за костяную оправу и переставил из старой чашки в новую миску.

Корни, оставшиеся в старой чашке, оборвались. Четыре бордовые нити повисли обрубками, из которых выступили микроскопические капли. Маяк оказался на каменной плитке, внутри промазанной бальзамом миски. Между ним и деревом полки два слоя защиты: камень и красножильник.

Я поставил миску на полку. Накрыл черепком. Сел и стал ждать.

Прошло пять минут, потом десять. Я снял черепок, наклонился с лупой.

Из основания оправы лезли новые отростки. Два, три, четыре. Но они были короче обычных и росли неуверенно, дёргаясь, как усики слепого жука. Один коснулся стенки миски, промазанной бальзамом, и отдёрнулся. Свернулся, поменял направление, ткнулся в другую стенку. Снова отдёрнулся.

Красножильник работал.

МОДИФИКАЦИЯ: Красножильник-экран (примитивный).

Эффективность: –40% скорости роста корней.

Новый прогноз: контакт с грунтом через 25 дней (вместо 15).

После контакта — критическая точка через 12 дней.

Критическая точка: отложена до 37 дней с текущего момента.

СТАТУС: Временная мера. Маяк адаптируется к экрану

за 10–14 дней.

Я откинулся на спинку табуретки и закрыл глаза. Руки лежали на коленях, мокрые от бальзама, пахнущие смолой и горчицей.

Семь дней без прямого контакта с концентрированной субстанцией — рекомендация системы. Шесть дней дороги до Каменного Узла. Совпадение, которое выглядело как милосердие.

Я погасил фонарь. Мастерская погрузилась в темноту, и в этой темноте единственным источником света остался маяк.

Лёг на топчан у стены. Прикрыл глаза и почувствовал: далеко внизу, на глубине двадцати метров, сквозь камень и грунт, Реликт послал один удар — глубокий, тёплый, гулкий.

Камень спокоен. Камень доверяет.

Последняя мысль перед сном была простой и тяжёлой: он доверяет мне, а я уезжаю.

Сон пришёл быстро.

…

Утро наступило слишком быстро.

Я проснулся от стука. Открыл глаза и лениво огляделся по сторонам.