— Государь, — голос великого князя прервал размышления Василия.

Подняв голову, император уставился на дядю задумчивым взглядом, который Николай Николаевич естественно выдержал.

— Новости, дядя?

— Да, государь, — великий князь кивнул, — дворяне собрались в Люблине, и, насколько я понял цесаревича, прямо сейчас они обсуждают план атаки Варшавы. А еще граф Бестужев смог договорится с великим гетманом, и тот выступит в сторону своей столицы вместе со всеми войсками, что находятся у нас в плену. Никакого оружия, естественно, лишь присутствие, чтобы горожане видели, что мы не кровожадные монстры, какими нас выставляют в их прессе.

— Хорошая задумка, — Василий кивнул, — знаешь, дядя, меня напрягает лишь одно, англичане. Они уже должны были отреагировать на это все, но почему-то до сих пор молчат. А это может значить только одно, они задумали какую-то пакость. И теперь я хочу понять какую.

— Хм, мои люди ничего насчет англичан не докладывали, — великий князь задумался, — в империи они ведут себя довольно тихо, никаких провокаций, никаких скандалов. Честно говоря, меня самого это напрягает.

— А что насчет польского королевства? — император уставился на дядю вопросительным взглядом, — понимаю, что там у тебя меньше агентов, но все же? Что говорит наша разведка?

— После того как мы избавили мир от английских лабораторий, их люди, работающие в королевстве, затаились, — Николай Николаевич пожал плечами, — как Вы помните, проводником их идей там выступает князь Мнишек. Теперь же он сидит в королевском дворце и, насколько я смог понять, выполняет роль короля. Говорят, Владислав вообще не покидает свою спальню, согласитесь, странная картина.

— Владислав всегда был слабаком, — жестко сказал государь, — так что ничего странного, дядя. Другой вопрос, что его наследник никак себя не проявляет, а всем управляет Мнишек, это уже вызывает вопросы. И тут как раз просматривается след англичан, как по мне. У нас есть хоть кто-то в окружении этого князя?

— Нет, — Николай Николаевич отрицательно покачал головой, — Болеслав слишком внимателен к своему окружению, я, конечно, пытался внедрить хотя бы кого-то, но пока ничего не получается.

— Понятно, — император задумчиво кивнул, — хм, знаешь что, дядя, отправь-ка к Бестужеву парочку своих спецов. Хотя дай угадаю, они и так есть в окружении нашего графа, — Василий усмехнулся, а Николай Николаевич кивнул с самым невозмутимым видом.

— С десяток оперативников всегда находятся рядом с нашим графом, — великий князь пожал плечами, — на всякий случай, конечно же. Думаете, могут быть провокации со стороны князя?

— Уверен, что будут, — император кивнул, — так что пусть твои люди присматривают за нашим молодым гением. Мало ли, хотелось бы избежать возможных скандалов. Насколько я помню, князь Мнишек как раз умелец их устраивать.

Николай Николаевич кивнул и направился к выходу, а император, тяжело вздохнув, взялся за бумаги. Ежедневная рутина, она сжирала огромное количество времени, но без нее никак нельзя, увы…

Люблин. Два часа спустя.

Стоя на площади перед замком, я внимательно наблюдал за тем, как Эллор открывает портал. Для того чтобы пропустить за раз побольше людей дракону пришлось изрядно попотеть, но в итоге у него все получилось, и теперь арка портала занимала добрую часть площади. Первым делом на ту сторону прошли наши бойцы, чтобы занять плацдарм, и только после этого все остальные. Старики разбойники уже на той стороне, контролируя ситуацию, в случае чего силы двух грандов хватит, чтобы уничтожить наших врагов.

— Еще немного, и придет наша очередь, — сказал стоявший рядом со мной царевич, — как думаешь, на той стороне все пройдет гладко?

— Думаю, да, — я кивнул, — у поляков не осталось армии, сам знаешь. Не считать же армией Ходкевича во главе наших пленных, — я усмехнулся.

Всю эту толпу мы переправили на ту сторону одновременно с гвардией клана, и бойцы сейчас присматривают за поляками. Мало ли, вдруг кто-то из них решится на глупый поступок, как ни крути, но столица под боком.

— Все равно, тебе стоит быть осторожным, — словно нехотя сказал Дима, — слишком все легко нам даётся. А когда все так идет, всегда жди беды, сам знаешь, закон подлости.

— На меня он не действует, — я усмехнулся, — пошли что ли, как видишь, остался последний отряд, — кивнув на группу бойцов, принадлежащих, кажется, Романовым, я пошел в сторону портала.

Дима последовал за мной, и через несколько минут мы уже были на другой стороне. До Варшавы было километров шесть, не меньше, по крайней мере так следовало из доклада разведки. Мои люди к этому моменту уже успели изобразить тут что-то вроде лагеря, и мы с царевичем вышли прямиком в его центре.

— Граф, — Ермолов, увидев меня, махнул рукой, — иди к нам, мы как раз собираемся силами перед рывком.