— Отличный клинок. Мне будет даже как-то неудобно забирать его себе. Поэтому я хочу дать тебе шанс.

Он глотнул белёсую, молочного цвета взвесь из одной из пробирок. Я уже видел похожий эликсир на экзамене — белый шарик заметался между его лбом и моим. И при каждом ударе в голове вспыхивали картинки.

И это оказалось гораздо страшнее того, что я мог представить.

Наденька. Жрицы и древо. Замойский. Живодёр. «Океаник-Борей». Карты и миллионы. Омелия фон Огюст. Задушенный враг в шляпе. Кровать… Чёрт, я пытался, но он увидел то, что было до этого.

Увидел — и даже на миг отшатнулся. И я увидел — как в первый раз.

Лужа крови вокруг трупа Семецкого.

Марина Дмитриевна Перова, наследница престола. Обнажённая и прекрасная.

Лаборатория университета, эликсир «Кровь дракона», дуэль.

Пустота. Вселенская пустота, в котором звучит чей-то насмешливый голос.

Яхта «Вакханка». Взрыв, кровь, вино и скрипящий металлический привкус полураспада плутония на зубах.

Ядерные грибы в огромном плазменном телевизоре.

Длинное ралли в пустыне на джипах с вооружёнными людьми, нефтяные вышки, огромные танкеры, стрельба, ракеты.

Небоскрёбы. Заводы. Стартующие ракеты с частного космодрома.

Пожимающий руку президент.

Женщины. Очень красивые и дорогие. Некоторые даже любимые.

Дети и внуки.

Юбилейный рок-концерт на стадионе — я на сцене перед сотнями тысяч фанатов.

Мир из иллюминатора самолёта…

— Это… это невероятно… — проговорил Гроссмейстер. — Ты должен присоединиться ко мне, и вместе мы захватим этот мир.

Оцепенение спало на миг. И тогда-то я точно понял, что мне придётся его прикончить. Ибо такими тайнами в этом мире пока я не позволял делиться ни с кем — ни с императором, ни Ангелиной, ни с Рустамом, ни даже с дядей, последним кровным родственником, если он ещё жив.

— Саша! — истошно крикнула Ангелина где-то сзади. — Лови!

Уж не знаю, что она такое кинула. Но кинула очень метко. Возможно, всё то же банальное «Здоровье-1», но его хватило, чтобы перестать удерживать в этой реальности элементаля «Паралич».

Апперкот врезается в челюсть, опрокидывая противника в песок. Фламберг снова в моей ладони.

Я наступил на него ногой и готов был уже прикончить, как вдруг услышал выстрелы за спиной. Секундант Гроссмейстера поднял пистолет-автомат и саданул короткой очередью по месту, где только что стояли Ангелина и Штирц.

Видимо, чтобы неповадно было мне помогать.

— Валите! — успел крикнуть я.

И, кажется, они успели — мне не было видно, но, похоже, они припали на крышу контейнера и спаслись. А в ответ с резвым криком «и-е!» на лицо секунданту прыгнул Нанотолий — рассверипевший, кусачий и царапающийся. Тот замахал руками, пытаясь отцепить зверя, затем оступился и полетел с контейнера на землю, разрядив магазин автомата в небо.

Эти секунды замешательства позволили Гроссмейстеру вывернуться из-под моего копыта. Он попятился назад, в сторону морских причалов. Хлебнул пробирку — явно лекарственную, чтобы снова приобрести силу. Затем сбросил один ремень с плеча, сбросил другой.

В руке остался один-единственный эликсир. Чёрный, как душа моей бывшей из прошлого мира.

Чёрные эликсиры — это, как правило, дрянь. Хорошо, что Гроссмейстер не сразу стал выпивать.

— Ладно, если вы не согласны, Александр Петрович, то давайте закончим с этим, и сделаем это честно. Больше никаких фокусов и уловок. Честная финальная перестрелка. У каждого из нас в арсенале есть здесь самый мощный, самый действенный и самый смертельный эликсир. Давайте применим его. Как вам идея?

В подтверждение своих слов он снял кольцо, ещё вынул какой-то камень из кармана и бросил в паре метров от себя. Неужели хочет сыграть честно? Что ж, я поверил ему и кивнул. Я положил фламберг — впрочем, всего в метре от себя. Снял ремень с эликсирами и оставил в руках единственную пробирку «Кинетик-6». Мастерский эликсир, который я приготовил впервые всего неделю назад. Подъём и короткая левитация неживой материи от тонны до десяти тонн в течение пяти-десяти секунд.

Я уже испробовал его во время ремонта завода, и из трёх попыток мне удалась ровно одна — я буквально на пару секунд смог приподнять стройматериалы, выгружаемые из машины големами.

Шанс — один из десяти, пожалуй. Но сейчас у меня есть допинг. Есть козырь в виде Нанотолия, в конце концов, мой мохнатый приятель же уже неоднократно приходил ко мне на помощь, ведь так? Да и Штирц с Ангелиной, пусть они новички или абитуры, но что-то — да смогут, ведь так?

Нет, Саша, сказал я себе смешно надеяться на мохнатого питомца, пусть и магического. Надеяться нужно только на себя. Я справлюсь, решил я.

А если не справлюсь — у меня останется один-единственный запасной план — последняя, самая мощная пробирка, лежащая сейчас на земле.