— Зато он почти всё нам рассказал, Искандер, — кивнул Вака Два Пера. — Кроме того, кто такой «гроссмейстер».

— Я не знаю! Он в маске! — перешёл на фальцет паренёк. — Он — страшный человек! Он… он алхимик, и уничтожит нас всех!

— Да, но… — начал Стёпка.

Меня, по правде сказать, личность «Гроссмейстера» интересовала мало.

— Вас видели? Как всё это произошло?

Они коротко обрисовали свой маршрут, рассказали про то, как вышли на лавки алкоголя. Расположение их я частично узнал со слов Вторникова, да и парни сами расспросили, уточнили место четырёх из шести лавок. Затем они сначала сходили в одну из них, потом во вторую, и дождались, пока этот незадачливый паренёк выйдет, а потом упаковали его в тачанку.

— Нас никто не видел!

— Прекрасно. У нас есть всего пара дней, прежде чем они однозначно поймут нас. Что ж, придётся использовать его как приманку. Вака, посторожи его, а мы со Степаном пока что сходим на короткое совещание.

Но совещание вышло отнюдь не коротким — мы обложились картами местности, углубились в стратегическое планирование и закончились далеко за полночь. Зато лёг я с неплохим черновиком плана.

Выспался плохо — зашумели инструменты под окном, а вскоре ко мне во Фламберг пожаловали гости. Сперва Макшейн с тремя племянниками, а затем — Вторников с пятёркой своих «офицеров»-байкеров.

— Мда, недурно, недурно тут у тебя, — сказал он, осматривая имение. — Надёжная крепость. Только зачем тебе пулемёт на баш-шне?

— Вынюхиваешь? — усмехнулся я. — Я облегчу тебе задачу. Да, вино у меня хранится здесь. Основная часть. А пулемёт — от назойливых соседей.

— Я уже в курш-се про твои тёрки с Замой-шким, — кивнул Вторников. — Не одобряю. Замойш-ские — очень важные гош-спода. Ш ними лучше не шути.

— Это моё дело, — твёрдо сказал я. — Я понимаю, что они наверняка были твоими крупными клиентами. Но, надеюсь, и ты понимаешь, что если попробуешь нарушить наше сотрудничество и сыграть в какую-то свою особую игру…

— Нет-нет! — замахал Вторников руками. — Я, жнаешь, не в том положении, чтоб в игрушки играть.

Что ж, я ему поверил. Это совещание вышло достаточно коротким, хоть и многолюдным — к тому времени подтянулась атаманша «Ночных Волчат» Варвара с парой пареньков, оба Штирцей, ещё десяток местных мужиков-ополченцев во главе со дедом Сергеем.

Сперва мы определились с датой.

— Передача новой партии алкоголя в магазин у моста завтра, если верить нашему языку. Значить, действовать надо быстро.

Уже к обеду наш план был готов, и я приступил к не менее важным делам — сперва проинспектировал завод, убедившись, что всё залатано, а пятый пулемёт собран и установлен на башенке, а затем…

Затем я отправился на уже давно запланированную свиданку с Надеждой Константиновной. И на этот раз я сделал всё чинно и благородно — подарил цветы, и повёл её в ресторацию.

Мы продолжали общаться на «вы», что придавало особой пикантности нашим диалогам.

— Августа Сергеевна сказала, что вы получили новый алхимический ранг… Зачем это вам, Сашенька, позволю спросить?

— Для дел государственной важности, разумеется, — сказал я, ловко расправляясь со здоровенным лангустином.

— Какие могут быть дела государственной важности, связанные с алхимией и алкоголем? — насупилась Наденька. — Ведь вроде бы введён Сухой Закон.

— А вы всё ещё являетесь его сторонником? — полюбопытствовал я.

Она вздохнула.

— В том виде, в котором я наблюдала его применение здесь — нет. Какие-то совсем люмпенствующие субъекты, бандиты, витрины бьют, и так далее. Должно же быть какое-то руководство, а не так, чтобы стихийно…

— Ну, уверен, несколькие люмпенствующие субъекты уже остепенились, и опасности не представляют.

Это я, если что, про «Ночных Волчат» — мне уже было известно, что это в основном они промышляли разгромом официальных винных и алхимических лавок. Возможно, тут и Вторников как-то молодых байкеров подзуживал, возможно, он заключил на эту тему какую-то сделку с Замойскими. Так или иначе, подробности всех этих договорняков бывший главарь, «Светлый» унёс с собой в могилу, а Варвара в его отношения посвящена не была.

— Вы так просто это говорите, Саша… Вы всё глубже погружаетесь в этот бандитский жестокий мир! Я думала, что в колониях будет проще, но оказалось, что тут тоже свои нарушители спокойствия.

— Поверьте мне, здесь я хотя бы могу устанавливать свои правила. А в метрополии сейчас не лучше.

И тут я был полностью прав. Слухи о нарастающей гражданской войне уже долетали до меня — по обрывкам из газет и слухам на рынках. Причём — не было ни малейшего понимания, кто с кем сражается и кому противостоит.