– Не в этот раз. — император устало потёр лоб. Разговор со строптивой сестрой утомлял его.
– Первый вернул адмиралу браслет. Знаешь, что это значит? Он дал ему ещё один шанс. За всю историю Ал-Лани такого никогда не было. И наш адмирал выбрал. Не тебя. Он не простит тебя. И даже твой дар не поможет. Ты всё испортила.

– Глупая, мерзкая землянка! Почему она сразу не согласилась на браслет Лайса?! Почему ты не приказал ей и ему?! — Рахес совсем потеряла контроль над собой.

– Ты смеешь нас в чём-то обвинять? — император снова поднялся из-за стола и угрожающе прищурил глаза. — Тебе напомнить, что твой муж сам сделал выбор, надев браслет истинности на землянку?

– Прости, брат... мне сложно сейчас...

Император вернулся к окну.

– Ты сделала глупость, и Эрис вынесла тебе приговор. Сейчас за её спиной стоят уже две семьи высших алланийцев... Возвращайся на Фрес. Разговор окончен.

– Но...
– Рахес не любила принимать поражения.

– Довольно! — император резко повернулся, его взгляд налился тяжестью и Рахес, сражённая болью, упала на колени. — Ты не умеешь вовремя останавливаться. Вон из моего дворца! Никогда больше не смей спорить с нами.

Впервые Рахес пришлось покориться и покинуть дворец брата с низко опущенной головой. Император проводил взглядом шаттл сестры. У него не было сомнений, что Рахес никогда не смирится. Найри задумчиво побарабанил длинными пальцами по тонкому стеклу. Он впервые не знал, как удержать ситуацию под контролем...

Глава 3.

Эрис

– Ты готова? — Лайс вошёл в спальню и остановился у самого порога.

Алланийки дружно опустили головы и отступили, открывая супругу вид на меня. Я знаю, что выгляжу шикарно. Белое платье из струящейся, сверкающей ткани мягко охватывает округлые формы, спадает каскадом длинных юбок вниз до самого пола. Тонкий пояс из камней светло-бирюзового цвета подчёркивает тонкую, стройную талию. Лайс ощупал меня взглядом сверху вниз и обратно‚ задержался на нескромном декольте и всё же, не удержавшись, сглотнул.

– Ты прекрасна.

Я слышу его такой же восторг, как у храма.

– Спасибо. — подхватываю юбки и иду к паре белоснежных туфель.

Алланийки тут же кидаются мне на помощь.

– Мы сами. — останавливает их Лайс и протягивает мне руку.

С удовольствием опираюсь на неё, и через секунду я уже полностью готова. Лайс всё-таки кладёт руку на талию, притягивает к себе и касается губами моей шеи.

– Ты даже не представляешь, на сколько ты соблазнительна... Что же мне сделать, чтобы мы, наконец, объединили наши спальни?

Кладу руку ему на грудь.

– Дай мне немного времени... Всё будет...

Лайс выдыхает.

– Хорошо. Я обещал. — он отставляет локоть. — Пойдём. Джет уже готов к полёту.

Я нервничаю. Не хочу ни на какой приём. Не хочу, чтобы меня опять рассматривали, теперь уже как истинную другого высокопоставленного алланийца...

Мы пристёгиваемся в своих креслах. Адмирал всегда сам пилотировал корабли... Лайс предпочитает, чтобы это делал его персонал. Сильная рука ложится на мою.

– Не волнуйся. Мы вместе.

В том-то и дело... Полёт занимает едва ли полчаса. Перед выходом Лайс переплетает наши пальцы. Стоит нам оказаться на посадочной площадке, тут же вокруг нас повисают штук семь роботов-трансляторов с постоянно двигающимися камерами. Они нагло лезут почти в самое лицо. Мне ужасно хочется от них отмахнуться, как от назойливых мух, но я утыкаюсь лбом в плечо Лайса. Он останавливается и говорит абсолютно спокойно:

– Раир, если ты немедленно не отведёшь роботов на почтительное расстояние, завтра я лишу тебя всех лицензий. Можешь сам придумать, за что.

Особенно наглый «летун» последний раз «вжикнул» небольшой камерой-глазком, и все они отлетели от нас примерно на метр. Лайс удовлетворённо кивнул, и мы, наконец, смогли продолжить путь.

– Кто такой Раир? — чуть наклоняюсь к нему.

– Тот, кто завтра очень пожалеет, что полез к паре истинных, благословлённых Первым.

Я неудовлетворённо хмыкаю.

– Прости, Эрис. — тут же реагирует Лайс. — Раир — главный ответственный за информационное освещение императорских приёмов.

Мы входим на территорию дворца и тут же попадаем под всеобщее внимание. Нас не задерживают, но рассматривают. Невероятно гордый Лайс ведёт меня в главный зал, где вокруг императора собрались самые жирные сливки элиты Ал-Лани. Перед нами расступаются.

Император чуть кривит губы в улыбке.

– Здравствуй, истинная! Мы рады снова видеть тебя в нашем доме. Позволишь? — он протягивает руку, и мне приходится подать ему свою.

Он рассматривает мои двойные браслеты, проходится по ним длинными, тонкими пальцами, переводит взгляд на Лайса.