Шрифт:
Когда родители уезжают, внезапно осознаю — мы с Катей будем в доме вдвоём. Только она и я. Наедине. Весь вечер.
В горле пересыхает от накативших эмоций и проснувшихся фантазий.
Ну нет… Нет! Вряд ли у нас что-то будет сегодня. С Катей ведь так нельзя. Она нежная, ранимая…
Наворачивая круги по гостиной, разговариваю сам с собой. Пытаюсь уговорить себя, что не на что рассчитывать. Но!
Но между нами всё так остро, пылко! Мы ведь можем забыться…
Да и не подростки уже, вашу мать! За восемнадцать нам обоим давно перевалило.
Так…
Я же её просто в гости позвал. Без всяких там интимных подоплёк. Вот и не надо ничего себе придумывать. Ничего не будет!
Хотя нет! Будет кольцо!
Накинув куртку, выхожу во двор. А Катя уже стоит в проулке между нашими участками. Спешу к ней.
Щёки девушки раскраснелись от вечернего холода. Сжимаю её лицо, грею в ладонях.
— Давно стоишь, да? — заглядываю в глаза.
— Нет, я только подошла, — медленно смыкает и размыкает веки, отчего светлые реснички отбрасывают красивые тени под глазами.
Вот эти манипуляции с опусканием век у Кати получаются особенно шикарно. Я залипаю на её глазах каждый раз. И щеки у неё совсем не холодные. Похоже, причина румянца в другом.
— Пойдём в дом?
Беру девушку за руку, прижимаюсь к её губам в коротком поцелуе. Она быстренько уворачивается и лепечет, смущённо краснея:
— Давай лучше погуляем. Неудобно к тебе идти. Что твоя мама скажет?
— Ничего не скажет, — улыбаясь, тяну Катю за собой во двор.
Она слегка упирается, пытаясь меня притормозить. Но я быстро завожу девушку в дом и закрываю дверь. Ложусь на неё спиной, смотрю на Катю плотоядно. Она нервно осматривается по сторонам, обняв себя за плечи. Потом ловит мой взгляд и недоумённо приподнимает брови.
— Что? — шевелятся её губы.
— А то, что мы с тобой здесь совершенно одни, — ухмыляюсь я.
— Как это одни? — недоверчиво спрашивает Катя.
— Вот так. Отец вернулся. Они с мамой умотали на свидание.
Её губки вытягиваются в удивлённое «о».
— Тебе говорили, что нельзя приходить так поздно к таким голодным взрослым мальчикам? — говорю я соблазняющим тоном, медленно наступая на Катю.
Она пятится, несмело улыбаясь.
— Не говорили, — внезапно вступает в игру. — И что же ты мне можешь сделать?
— Узнаешь, если догоню.
Девушка тут же восторженно взвизгивает и бросается в гостиную, скидывая на ходу куртку и шапку.
Иду за ней. Пока просто иду, давая Кате некоторую фору. От азарта меня окатывает волной горячего возбуждения. И от того, как Катя выглядит — тоже. Узкие белые джинсы сидят на ней охренительно. Короткий свитшот не прикрывает поясницу, и я вижу две соблазнительные ямочки на ней.
Катя несётся по лестнице наверх. Я цокаю языком.
— Во всех ужастиках подъём на верхние этажи заканчивается плачевно для героев.
Хватаюсь за перила, ставлю ногу на первую ступеньку. Катя уже на самом верху. Оборачивается, показывает мне язык.
— Я не смотрю ужастики, Макар.
— И правильно. К тому же, у нас здесь совсем другое кино…
Очень горячее… С пометкой восемнадцать плюс.
Взлетаю по лестнице наверх. Катя как раз забегает в мою комнату. Бросаюсь за ней и успеваю поймать дверь, которая летит мне в лицо. Распахиваю её, захожу. Взвизгнув, Катя начинает пятиться к окну.
— Ну хорошо, ты меня поймал, — выставляет перед собой руки. — И что ты теперь собираешься делать?
Молчу, продолжая приближаться к ней. До тех пор, пока она не вжимается лопатками в оконное стекло. Зависаю над её лицом и шепчу:
— Я хочу делать с тобой всё, что пожелаю. Можно?
Пристально смотрю в голубые глаза. Молчаливо молю взглядом разрешить.
Можно? Можно? Можно?!
Я нежен буду, клянусь!
Катя кусает губы. Потом манит пальчиком, прося наклониться ещё ниже.
Наклоняю голову так, чтобы её губы были напротив моего уха, ведь она хочет мне что-то сказать. Но она не говорит… Звонко чмокнув меня, умудряется вывернуться и вылетает из комнаты. Слышу, как хохочет, пока бежит по лестнице.
— Ты нарушила очередное правило хоррора! — выкрикиваю я. — Ты сильно разозлила того, кто тебя преследует!
Иду за девушкой и вновь напоминаю себе: но у нас тут совсем другое кино намечается.
Глава 30
Скажи мне «стоп»!
Катя
Сижу за спинкой дивана на полу и прижимаю ладони к груди. Сердце сейчас выпрыгнет. Но мне не больно, нет. Это какие-то совсем новые ощущения. Страшно, да. Страшно, что сейчас моё сердечко остановится, не выдержав этого всего. А ещё оно снова красиво поёт. На разрыв.