Я взял Светлану за руку, и она встала рядом со мной.

— Для меня большая честь объявить о нашей помолвке со Светланой Скоробогатовой, — сказал я. — Наши земли будут одним могучим щитом, сдерживающим напор Скверны! Жизни быть!

Я наклонился и запечатлел лёгкий поцелуй на руке графини.

Зал ненадолго затих, а затем взорвался аплодисментами. Отец застыл с рюмкой у рта, а матушка радостно захлопала в ладоши, как будто девочка. Брат Артёма Мухина разинул рот в изумлении, а затем потянул сородича за рукав и обиженно ему что-то зашептал. Очкарик слушал его молча. Полковник Корпуса Жандармов нахмурился и двинулся через толпу к Мухиным.

Паулина улыбалась, хлопая и глядя мне в глаза, а вот Тень побледнела. И когда ухаживающий за Князевой офицер нежно коснулся плеча избранницы — охранница схватила его за руку, и тот едва не вскрикнул от боли.

Паулина вмешалась, строго одёрнув телохранительницу, и с милым выражением лица, окутала оскорблённого дворянина столь драгоценным вниманием.

— Вот и всё, — сказал я Светлане, когда мы спустились обратно в зал и приняли все возможные поздравления. Графиня искренне улыбалась, благодаря гостей и храня поистине царское величие.

Проходя мимо Мухиных, Скоробогатова спрятала глаза от долговязого, который так и не справился с изумлением. А потом прижалась ко мне чуть крепче, чем следовало. Парню будто по щеке невидимой ладонью смазали, он даже дёрнулся. Но брат немедленно встал между нами, перехватывая инициативу.

— Мои поздравления с помолвкой. Очень неожиданно, — елейно улыбнулся Артём, водянистые глаза за очками смотрели злобно. — В такие сложные времена действительно неразумно оставаться в одиночестве. Фронтир жесток.

— Вместе мы всё выдержим, — мягко сказал я. — Спасибо.

— Хотелось бы надеяться. Мир — очень опасная штука. Всегда важно выбрать нужного человека и не совершить ошибку, — намекнул Артём.

— Я уверена, что не ошиблась, — тихо произнесла графиня. Мухин с поклоном отступил, спрятавшись за охраной.

Мы вышли в фойе. У картины со старушкой у колодца стояла парочка и питала мой Конструкт своим удовольствием от шедевра. Если честно, пока меня эксперимент скорее напрягал, но я прекрасно понимал: званый ужин с приглашёнными звёздами не подразумевал восторгов от предметов с Эхом, так что поток энергии шёл не то чтобы мощный. Вот если бы я позвал сюда какую-нибудь молодёжную группу и позволил заехать фанаткам, то у меня, наверное, парочка уровней Конструкта вмиг проскочила.

— Прости, я не удержалась, — тихонько сказала Света. — У меня от него холод по спине. Он будто только с виду дурачок. Глаза у него злые. Злее, чем у брата.

— Ну, для этого мы и сделали сегодня то, что сделали, — задумчиво заметил я.

— Спасибо тебе, — она порывисто поцеловала меня в щёку.

— Это взаимовыгодное сотрудничество, Света. Мне в середине ноября ехать на бал в Петербург, и лучше это делать помолвленным, чем завидным женихом.

— Да, — понимающе покивала Скоробогатова, глядя мне в глаза. — Выдать дочку за Собирателя Земель, которому благоволит сам Император… Это может стать фанатичной идеей. У тебя отбоя не будет от предложений, клянусь. Если уж ко мне столько сватались… Слушай, Миша, а ведь как кстати появились эти Мухины! Может быть, я вытянула счастливый билет?

Она озорно прищурилась и игриво поправила волосы. Я улыбнулся, но промолчал. Мы договаривались, что эта помолвка ничего между нами не меняет.

— Хозяин, — рядом со мной появился Черномор. Во фраке, с бабочкой, но всё так же с седой бородой, спадающей на грудь. — Кажется, вам будет это интересно.

Рядом со мной всплыл экран, на котором прокрутился ролик, где полковник Стоев остановился возле Мухина и сквозь зубы произнёс:

— Я бы хотел поговорить с вашим отцом. Срочно.

— Да, Тёма! Папка говорил, что всё не так будет! — плаксиво заявил долговязый брат. — Она ведь моя!

— Я со всем разберусь, господин полковник, — сдержанно ответил Артём.

— Уж постарайтесь, — зловеще проговорил жандарм. — Род Мухиных славился тем, что держит своё слово. Надеюсь, это не изменилось.

Он откланялся и торопливо удалился.

Я хмыкнул.

— Отлично, Черномор. Всё фиксируй. Всё записывай.

— Дочка! — раздалось сзади. К нам спешила матушка. В глазах её стояли слёзы счастья. — Я знала! Знала!

Она налетела на Светлану, обняв графиню. Отец с несчастным лицом шёл следом, оставив закуски и напитки на столе и уже по ним тоскующий. Насколько я понимал, он даже на концерт не собрался. Пришёл, потому что супруга заманила угощениями.

— Такая радость, такая радость! — продолжила мама, отстранившись и держа Свету за плечи. — Ах, как славно. Когда свадьба? Давайте летом.

— Ма, — мягко вмешался я. — Мы со всем разберёмся. Вас обязательно пригласим.

— Не затягивайте! — нахмурилась она.