— Отец решил, что я слишком слаб.

Такой ответ меня удивил, и я даже бросил оценивающий взгляд. Хотел бы я посмотреть, как выглядит папашка, считающий Сектора слабым.

— Так ты же в глубину по откату нырял, небось?

— Дело не в глубине и не в ранге. С этим как раз все хорошо, а вот в остальном слаб. С его точки зрения. Но мне кажется, я просто ему не нравлюсь, вот он и отослал меня набираться опыта.

— Ты из семьи? У вас там вроде есть какие-то семьи и те, кто сами по себе. Что-то такое слышал.

— Десять больших родов, берущих свое начало с момента основания городов. Три в альфе, по два в бете, гамме и дельте. Я из рода Железнокожих.

— Три и три по два. Ты назвал девять.

— Про десятый не говорят. Считай, что девять больших родов. Есть еще малые, их сотни. Молодые семьи, их предки заслужили основать род своими деяниями. И есть безродные. Это все остальные.

— Сложно, — вздохнул я, откинув голову на спинку кресла.

Мы ждали уже несколько часов, когда прибудет распорядитель. За это время я успел разглядеть зал, посмотреть, как тренируются бойцы в яме, и сыграть с Четвергом в четырехмерные шахматы.

Я был чемпионом региона в юношеском разряде по этой игре. И сейчас провел блестящую комбинацию, вернув фазирующего коня во времени в начало партии, отменив тем самым разыгранную Четвергом раннюю комбинацию. Но все это не помешало мне проиграть с разгромным счетом. В итоге я сумел отжать лишь два таймлайна из семи. И то лишь потому, что Четверг «не видел необходимости тратить дополнительные ресурсы, если его победа уже предрешена». Так что он действительно отдал мне грандэндшпиль, и это действительно никак не изменило общий итог.

От мрачных мыслей о принудительной энергокастрации меня не отвлекла даже болтовня с Сектором. Поэтому, когда в кресло напротив плюхнулся полноватый мужичок с выщипанными усиками, я уже был раздражен до предела.

— Так, — сходу произнес он, оценивающе оглядывая нас и в итоге обратился ко мне. — Пойдешь в яму на разогреве в начале вечера. Бои должны идти хотя бы по три минуты, стоишь два боя, потом выходишь против профессионала. Продержишься секунд двадцать и можешь валить. Оплата стандартная, кило мяса и единица эйба за бой.

— Я не собираюсь драться. Он будет, — я кивнул на Сектора.

— Он? Да на кой хрен он мне здесь нужен? Мне нужны ставки, а кто против него ставить будет? Во всем секторе нет таких громил, чтоб я его выставил.

— Ну так позови главного, может, у него есть подходящий боец.

Я даже не пытался скрыть раздражение. Выщипанному сильно повезло, что мы сдали оружие и артефакты в экранированную камеру на входе. Пришлось душить его цепью мысленно.

— А ты тут не командуй, хрен с горы. Я этим местом руковожу со дня открытия. И раз у меня нет бойца, значит, его нет. Или сам с ним в яму выйдешь?

— Я думал, что ямами руководит мой приятель Зиндай, — как и ожидалось, от этого имени пухляш моментально начал сдуваться, так что я решил зайти дальше. — Опытный дайвер, помню, мы с ним в глубину ходили. И что-то мне кажется, у него бы боец нашелся. Да он и сам бы этого громилу уложил на лопатки. А ты тянешь максимум на мальчика на побегушках. Так что смотайся на третий этаж, скажи Зиндаю, что пришел разноглазый, и принеси мне кофе заодно.

Мужичок недовольно поерзал в кресле. Тот факт, что я знаю имя босса, его явно не радовал, но и выполнять поручение он не спешил.

— Босс будет вечером, — наконец произнес он. — Ладно, можешь выставить варвара.

— Бить хлюпиков не стану, — скрестил на груди ручищи Сектор. — Нормальных бойцов ставь и покрепче, если хочешь, чтобы они две минуты продержались.

К нам тут же подошла миниатюрная брюнетка, которая волокла на тележке какой-то громоздкий прибор со встроенным выпуклым дисплеем. От прибора тянулся шланг с чем-то, похожим на стетоскоп.

Я с интересом разглядывал конструкцию. Сам прибор обычный, но внутри него было что-то с эйбом, судя по пробивающемуся свечению. Девушка тут же поводила стетоскопом по варвару, прибор пискнул, и она уставилась в дисплей.

— Четвертый ранг с половиной, хорошее равномерное распределение эйба, аномалий нет. Чистый спирит.

— Ладно, — буркнул усатый. — Два боя стоишь как можно дольше, в третьем ложишься под конец.

— Чего?! — начал багроветь Сектор.

— Он ляжет, — я поднял руку, чтобы варвар успокоился. — Но тогда и третьего бойца нормального ставьте, чтобы не выглядело комедией.

— Ты меня работать не учи. Я знаю, как делать прибыль. Два боя по две, а лучше три минуты. Третий бой он ложится.