Через несколько томительных секунд, пока мы держали коридор под прицелом, он отчитался по рации:

— Джей, там внутри просто фарш. Стены в красном аж до потолка. Если кто и жив из этих, то он только стонет и явно не помышляет о каком-либо сопротивлении. Можно заходить и зачищать окончательно.

— Принял. Николай? Ты слышал доклад. Заходи и ликвидируй там всех, кто подает признаки жизни. Медведь — прикрываешь его, держишь коридор.

Николай явно замялся — я увидел это по его лицу даже в полумраке коридора. Он как-то странно переминался с ноги на ногу.

— Жень, я это… может, можно как-то иначе? Ну, вон, Медведь их зачистит, а я его прикрою? Я ведь неплохо стреляю, прикрытие обеспечу нормальное…

— Что, тебе не хочется марать руки? — я уставился на него с нескрываемым удивлением.

— Да нет, что ты… просто… ну… я никого не убивал вот так, глаза в глаза… Особенно раненых. На расстоянии — да, стрелял, это как-то… абстрактно, что ли. А тут…

— Ничего, пора тебе, паренек, учиться страху божьему, — я говорил жестко, не оставляя места для возражений. — Никогда еще не убивал раненых и безоружных? Что ж, самое время начать. Наш великий Император и Бог в одном лице, Молчаливый Вовка, приказал — никаких пленных. Это его прямое указание. Так что вперед, выполняй команды босса. Это приказ, Николай.

Пока говорил по рации, я вошел внутрь здания обратно и последние слова произнес уже вслух, практически Николаю прямо в ухо, чтобы он точно все понял. Он сморщился, словно от зубной боли, и уставился на меня взглядом оскорбленного в лучших чувствах человека — классический взгляд «я не желаю этого делать и вообще возмущен до глубины души».

— Я не буду стрелять в безоружных раненых, — выдавил он сквозь зубы. — Это негуманно. Это военное преступление, если хочешь знать.

— Будешь. Тебе лично приказал Вовка, а сейчас еще и я дублирую этот приказ. Это боевая обстановка, и ты обязан выполнять приказы. Ты тратишь наше драгоценное время в крайне опасной ситуации, подвергая риску всю группу.

— Недаром про тебя говорили на базе, что ты просто кровожадный псих… — Николай с лицом смертельно оскорбленного интеллигента демонстративно отвернулся от меня. — Я не стану выполнять команды бешеного придурка с ПТСР… иди своим зверькам агрессивным приказывай, может, они тебя слушаются.

Моя рука с пистолетом мигом оказалась у его затылка, пребольно вогнав холодный ствол ПМ в ямку на тыльной стороне черепа. Николай застыл.

— Повтори еще раз, что ты сейчас сказал, — процедил я сквозь зубы. — Ну же, ты же такой храбрый воин! Давай, повтори про психа.

— По-по-пошел ты, Джей! — голос его дрожал, но он пытался держаться. — Ты не выстрелишь. У тебя не хватит духу убить своего…

Палец вдавил спусковой крючок до конца. Выстрел глухо хлопнул в замкнутом пространстве коридора. Николай рухнул вперед, как подкошенный. Медведь резко обернулся на выстрел и негромко, с некоторым сожалением, сказал вслух:

— Ты был прав, командир, субординация — это святое. Но у нас будут серьезные проблемы после возвращения. Вовка не обрадуется потере бойца.

— Плевать! — огрызнулся я, все еще трясясь от ярости. — Это прямое нарушение субординации в бою, отказ выполнять боевой приказ и оскорбление командира. По законам военного времени — расстрел на месте.

— Жень… давай сделаем все аккуратно… — Медведь говорил примирительно, явно пытаясь разрядить обстановку. — Слушай, я сам был на твоем месте, и ты совершенно прав сейчас по сути, но нам надо подумать, как это оформить…

— Да делай что хочешь! — я все еще кипел, адреналин бурлил в крови. — Оформляй как считаешь нужным.

Медведь молча подхватил за эвакуационную петлю труп Николая и потянул его за собой в ту самую комнату, из дверного проема которой все еще курился сероватый дым от взорвавшейся гранаты. Я даже не заглядывал внутрь, держа под прицелом коридор и лестничный марш — мало ли, вдруг еще кто-то решит сунуться.

Изнутри раздалась внезапно длинная очередь из автомата, эхом прокатившаяся по помещению, после чего ожила рация и крайне взволнованный, прерывающийся голос Медведя заорал на всю сеть:

— У нас трехсотый! Повторяю, Николай — триста! Попал под ответный огонь при зачистке помещения! Требуется немедленная эвакуация тела!

Не знай я, что и как произошло на самом деле — поверил бы безоговорочно. Медведь изобразил все крайне убедительно. Ну а сейчас надо было просто подыграть ему и не испортить легенду…

— Пряник, отец Николай из второй группы — немедленно двигайте к нашей позиции! — скомандовал я по рации, стараясь, чтобы голос звучал напряженно. — БТР — ко входу, обеспечить прикрытие эвакуации! Медик — срочно в здание, обеспечить эвакуацию раненого, возможно, есть шанс! Пряник — прикрывайте медика до завершения эвакуации, потом двигайте ко мне вместе с отцом Николаем, продолжим зачистку! Леха — обеспечь нам глаза на лестнице, нужна полная картина второго этажа!