— А это уже проблема.

— Да какая тут проблема, леди. Нет никакой проблемы, — стукнул его по затылку. — Вот и все.

Усадила всех на манлер и полетела в сторону особняка.

— Леди, вы правда истинная нашего Повелителя? — рядом со мной сидел тот самый умный рабочий раб, который всем вовремя затыкал рот и набил лицо Чилиусу.

Он был высоким, накачанным, шкафообразным, с грубым лицом и длинноватыми каштановыми волосами. В целом… выглядел как медведь.

После его вопроса сзади смолкли все разговоры.

— Что вы имеете в виду под истинной? Я его девушка.

И тут услышала, как они резко перешли на дракарский. Посовещались некоторое время, тем самым заставляя меня хмурится, и голос снова подал рабочий дракар.

— … Кхм. Простите, мы ошиблись.

— Так, а что это вообще означает?

— Это другая стадия отношений… Мы увидели на вас метку и подумали…

— А, поняла. Все в порядке. Мы начали встречаться только три недели назад, еще рано говорить о чем-то большем.

— … Кхм. Вы правы.

Как только посадила манлер и вышла из него, Сахар меня сразу же схватил за талию и обнял.

— Вы в порядке, моя любимая леди? Не поранились? Они с вами ничего не сделали? Если они вас обидели, только скажите. Не посмотрю, что они дракары, — начал трещать и проверять меня на наличие рук и ног.

— Все в порядке.

— Приветствуем Повелителя и его… девушку! — вскричал медведь и бухнулся на одно колено, поднимая вверх руку в кулаке. Мизинец и большой палец были расставлены в разные стороны, словно крылья.

Несколько испугалась и хотела было спрятаться за Сахара, но он крепко схватил меня, повернул лицом к дракарам и обнял в защитном жесте.

Остальные тоже вышли из манлера и следом за медведем упали на одно колено.

— Приветствуем Повелителя и его девушку!

У наших ног стояло девятнадцать полуголых сексуальных мужчин в черных балахонах и красных ошейниках, которые показывали небу какой-то подозрительный жест… Только в этот момент отчетливо поняла во что же ввязалась. Главное в этом деле, чтобы мама не прознала, что я стала во главе секс-сектантов…

Сахар начал посвящать дракаров в наши дальнейшие планы, а я же в это время выдавала успокоительное, подлечивала их, если было надо, раздавала одежду и базовые предметы. Когда мой парень закончил, я показала им, где находится ванная и гостиная.

Чилиуса же мы поместили в отдельную комнату. Вылечить его конечно проблемой не являлось, учитывая мощный поток маны, которы протекал прямо по моей земле… но его цена лечения была в четыре раза выше чем у других дракаров.

Я рассказала, что он был агрессивным, на что Сахар сильно нахмурился. Оказалось, что до плена он был его близким другом. Хоть у Чилиуса и раньше были несколько жесткие методы командования и в целом поведения, дракар всегда был ярым сторонником правильного течения.

Сахар решил повременить с его полным излечением. Сначала поговорит с ним по старой доброй дружбе, и попытаться вправить ему мозги. Пока Чилиус не представлял для меня и для будущих девушек дракаров угрозы, но что будет потом? Что будет если генерал полностью восстановится?

Когда все было готовы, мы отправили их в деревню отдыхать.

После того, как мы затолкали двадцать дракаров в один дом как огурцы в банку, я с Сахаром улетели на ночь домой. В тот вечер мой любимый очень долго и приятно показывал мне свое счастье и благодарность.

На следующее утро мы полетели в деревню, чтобы координировать действия новых поселенцев.

На последние оставшиеся деньги поставили маносборник. Пообщавшись с Сахаром, мы решили выкачивать из потока только половину. Другая же половина будет течь, как и текла, напитывая маной земли. Дракарам ведь нужно будет чем-то питаться… пока не найдут себе девушек.

Первое, что сделала на собранную ману, так это вылечила глаза медведю, которого звали Батат. Он оказался лекарем. Сахар щелчком пальцев снял его ошейник, вернув ему магию. Мы ушли с ним в отдельную комнату, и я начала учить его хитростям и премудростям восстановления частей тел и органов.

— Вы сами это придумали? — Батат смотрел на меня благоговейным взглядом.

— Ну да. Это была моя дипломная работа, — пожала плечами.

— Как жаль, что я уже вернул глаза… — с сожалением отвернулся, а я недоуменно наклонила голову набок. Это он так завуалированно назвал меня страшной или что? Обидно даже.