— А вот… Кузня есть ли у него? Или какой цех по работе с металлом? — продолжал опрос Юрий.

— Есть! Даже не кузня… Мастерская — я бы так назвал. Не цех, но… Там они больше для себя работают. И на мельницах тех, и в маслобойке, и на сахарном заводике — всегда же что-то требуется. Вот — чтобы к другим не бегать, решил Саввич все это у себя изготавливать.

— Значит, говоришь… Развивается твой родственник, да? — спросил подпоручик.

— А то! Саввич — он такой, своего не упустит! Он, ваш-бродь, спит и видит — как бы со второй гильдии в первую махнуть! Это же… Это же — какой кураж! Купец первой гильдии! Не хухры-мухры, понимать надо! — Захарка вроде даже загордился, как будто это он сам собрался идти в купцы первой гильдии.

— А вот еще вопрос: он к нам в гости-то — не собирается ли? В Пятигорск-то?

— Почему — не собирается? Собирается! Он же хоть раз в год — но приезжает, своими-то глазами поглядеть — как тут все у нас. Чаще, конечно, дважды в год — весной и осенью. Но — раз в год, не реже, да побывает, проверит тут все!

«М-да… поговорить, что ли, с ним, с купцом этим? Вдруг, что и получится?».

После разговора с Захаром, во время очередной ночи в спальне купчихи… Точнее — в очередной перерыв между приступами «любовной лихорадки», как прозвала сие явление сама партнерша, разминая и массируя Варе спину и то, что ниже, Юрий спросил:

— А что, Варенька, приедет ли твой батюшка в гости?

Женщина, которая млела под его руками — казалось, что только не мурчала от удовольствия, замерла, а потом, потянувшись, спросила:

— Ну что вы, право, Юрий Александрович… Прям всю негу с меня согнали! Вопросы такие…

— Ну, как согнал — так и снова нагоню! — засмеялся соблазнитель-массажист, — Или не веришь?

Варвара осторожно вывернулась из-под него, села повыше на кровати, подтянув и подложив под спину подушку, поправила растрепавшиеся волосы и, усмехнувшись, признала:

— Как не верю? Верю… Вы порой одними касаниями меня в трепет приводите.

Она уже вовсе не стеснялась его и не просила задуть свечи. И, как он и говорил, вполне полюбила… К-х-м-м… Ласкать его губами и языком. И получалось это у нее все лучше.

Женщина хитро уселась, сложив руки под грудью, подняв их, оценила воздействие картины на гусара и подтянула ножки ближе к груди, открывая для взгляда красивые бедра.

— Юрий Александрович! Вот — так-таки и нужно вам в такой-то момент разговоры о делах заводить?

Плещеев обвел оценивающим взглядом всю картину, чуть усмехнулся:

«А она явно похорошела! И так-то была женщиной вполне симпатичной, а сейчас… Груди я ей поправил, кожа… ну — не то, что как у девушки стала, но… упругая, бархатистая. Бедра крепкие, литые. Животик, благодаря нашим «упражнениям» почти исчез. Да и вообще… Нет, определенно — хороша!».

— Нравлюсь? — женщина заулыбалась, верно оценив его взгляд.

— Очень! — признал Юрий.

Варя мгновенно сменила выражения лица и, надув губки, протянула:

— А ежели так… Так что ж вы… Ладно там — Пашка эта, мерзавка. Но ведь к вам и эти бегают… Девки оганесяновские. Яж не раз их видела, как они к вам приходят! Как вам не совестно… со шлюхами-то?

«М-да… Не успела какие-то отношения завести, и уже — ревность. Не-не-не… Этого нам не надь! Осаживать надо. Но — не резко!».

— А ты что же — ревнуешь, что ли?

Варя принялась накручивать локон на палец:

— Ну-у-у… Не то что ревную. Но… сие может же… У них ведь там, сколько кавалеров бывает? Да ведь и люди разные. А ну как — болезнь какая срамная?

Плещеев засмеялся:

— Варенька! Ты как будто забыла, с кем дело имеешь. Я ведь болячки всякие сразу вижу, мне даже не надо до человека притрагиваться. Да и подлечиваю я их…

— За плату, небось? — купчиха кивнула, ей это было понятнее.

— Нет, не за плату. Я фактически на них тренируюсь. Можно сказать — руки набиваю по лечению вот этому. Тебе же нравится, как ты сейчас выглядишь и как себя чувствуешь, да? Во-о-о-т… А на ком бы я так… упражнялся? И им польза, и мне — навыки.

— Вон оно как…, - протянула Варя, — Тогда… тогда понятно! Но ведь… Вы же с ними и… того! Или скажете — нет?

Плещеев снова усмехнулся, покачал головой:

— Варюша… А вот давай ты меня ревновать не будешь, ага! Тебе хорошо со мной? Хорошо! И для здоровья польза и для внешнего вида. Мне и самому приятно помочь тебе. Так что… давай без глупостей этих — ревностей всяких. Вот, к примеру… Я тут один амулетик решил сделать. Ну и пробовал — как оно может быть, да что у меня в итоге получилось. А на ком попробовать? Ну-у-у… вот только на них!