Перед спаррингом очки он снял. Ну что я могу сказать. У парня хорошая, крепкая база. Несколько финтов в загашнике. Про владение мечом он не соврал. Для его возраста и физических кондиций оно просто отличное. Чувствуется, что вес «клинка» ему мешал. У «Пространственного меча» нет массы и габариты другие. Но своих парень в горячке боя не порежет, за это поручусь.

Пока мы с ним шли до храма Силы, в основном молчали. Парень казался немного заторможенным. Не то что Алексей Игнатов. Матвей был очень серьёзным и обстоятельным молодым человеком. В бою он действовал как машина, просчитывая ходы на несколько шагов вперёд. Многие недооценивают прыгунов как бойцов, считая их такими элитными перевозчиками. И совершенно зря. Умеющий мгновенно перемещаться человек, с мечом, который может разрубить что угодно, кроме щита топаза, даже рубину может показать кузькину мать. Другой вопрос, что бой — не основная специализация александритов. Но в обиду они себя не дадут. А уж если его сразу не прижучить…

Помню, как-то поссорилась семья аметистов и семья александритов. Аметисты напали и даже захватили поместье, но все огранённые прыгуны смылись. А потом превратили особняк аметистов в руины, бомбардируя его камнями весом в тонну. Ну и пару членов рода просто перерезали, подловив неожиданно. Представляете, сидишь ты такой на очке. И вдруг из воздуха появляется боец с силовым мечом. Такое себе. Не помню, чем там дело кончилось. По-моему, императору вмешаться пришлось, пока до войны кланов не дошло.

После храма мы вернулись ко мне в поместье. Поднялись в помещение штаба, где я приступил к политинформации.

— То, что я сейчас тебе расскажу, попадает под условия клятвы. То есть, не подлежит разглашению. Секту курирует и прикрывает клан аметистов. По крайней мере, здесь, в форте. Вернее так. Здесь, в форте, этим занимается конкретная семья аметистов. Могильные. Слышал о таких?

— Да, конечно. Они, правда, очень замкнуто живут, мне мало о них известно. Но что такая семья в форте есть, я, конечно, знаю.

— У них что-то типа оперативного штаба заговорщиков. Подозреваю, что их используют. Но это не важно. Я тебе дам потом почитать результаты полицейского расследования, чтобы не быть голословным. Так вот. По оперативной информации у них послезавтра будет сходка и какой-то очередной мерзостный ритуал. Я хочу сходить туда в разведку. Может так получиться, что разведка станет разведкой боем. Что мне нужно от тебя. Обеспечить доставку на территорию поместья меня и отряда прикрытия. И обеспечить отход. В бой лезть, размахивая пространственным мечом, скорее всего, не придётся.

— Пока всё выглядит исполнимо.

— Смотри. Клятва не обязывает тебя участвовать. Можешь просто уйти сейчас, я ничего не скажу. Всё-таки это налёт на особняк благородной клановой семьи. Лет на пятнадцать каторги потянет, если я вдруг ошибся.

— Я бы хотел ознакомиться с бумагами, если ты, Олег, не против.

— Читай, — я протянул ему распечатки доклада на имя Дамирова. — Не спрашивай, откуда у меня это. Но документ подлинный, из уголовного дела.

Он вдумчиво прочитал всё — от корки до корки. Посмотрел на меня сквозь свои стекляшки. И, возвратив мне бумаги, спокойно сказал:

— Я в деле. Когда будет конкретный план?

— Скорее всего, завтра. Я позвоню тебе, хорошо?

— Да. Буду ждать звонка. Надеюсь, только, что мои родственники в этом не замешаны.

— Я ничего такого не знаю, по крайней мере.

На сем мы с ним распрощались до завтра. А я позвонил Барыге и предупредил, что приду к нему на чашку чая. Тот, буркнув что-то ругательное в трубку, тем не менее сказал, что никуда из дома отлучаться не намерен. Я считаю, пригласил меня. Как вампира из легенд. Настоящие-то в приглашении не нуждаются, к сожалению.

Оседлав «Калининца», я поехал в сторону Качалки.

Перед «Промтоварами» поставил машину на подножку и подозвал к себе пацана лет четырнадцати, ошивающегося поблизости. Сунул ему десятку и сказал:

— Присмотри за машиной. Кто сунется, говори, что это клиента Барыги агрегат. Олега Строгова. Если не подействует, пусть тогда не жалуются потом. Дождёшься меня, ещё пятьдесят получишь.

После чего со спокойной душой зашёл в магазин под звон дверного колокольчика. Дурных покушаться на мою собственность в Качалке нет. Моя личная репутация может ещё и недостаточно прокачана, но вот имя Барыги, думаю, точно сработает. А парень поработает говорящим посланием.

Пройдя в подсобные помещения, я удостоился приглашения в личную берлогу Барыги. Та комната, в которой стоял банкомат, была чем-то вроде теневого торгового зала. Сейчас же меня провели в подобие кабинета. Из обстановки в нём были продавленные кресла и диван, а также жутко захламлённый рабочий стол. Растём потихоньку. Так, скоро он меня на вы начнёт называть. Хе-хе.

— Я так понял, ты не со сламом, пацан.

— Нет. Нет товара. У меня к тебе деловой разговор. На несколько тысяч алтын.