— Вы это наизусть что ли учили? — спросил я.

— А нет особо смысла учить, — хмыкнул он. — Я слышал это уже столько раз, что оно само в голове отложилось.

— Ладно, пропустим этот момент, — остановил я бессмысленный диалог. — Что случилось то? Вы же звоните не просто для того, чтобы меня разбудить?

— Конечно нет. Степан Митрофанович просил вам сказать, что сегодня хотел бы показать вам подходящее помещение для открытия клиники.

— И когда это произойдёт? — уточнил я.

— В девять.

Я посмотрел на часы, пять минут девятого. У меня времени в обрез, чтобы окончательно проснуться, привести себя в порядок и приехать на объект.

— Диктуйте адрес, — сказал я, подойдя к столу и взяв в руки карандаш.

— Набережная Фонтанки сорок, — ровным спокойным голосом ответил секретарь. Создавалось впечатление, что он в праздничный день уже давно на работе. Причём пришёл чуть ли не раньше, чем в рабочий.

— Спасибо, скоро буду, — ответил я и положил трубку.

Вот ведь не отдыхается большим людям! Или хотя бы предупредил, что второго не выходной, я бы вчера раньше лёг и сегодня давно был бы на ногах. Я бегом побежал в душ, на который мне сегодня хватило пять минут, быстро оделся и спустился в столовую. На моё удивление, Настя уже чем-то гремела на кухне. Увидела меня на пороге и подпрыгнула от неожиданности.

— Ой, Господи! — воскликнула девушка, всплеснув руками и чуть не метнула сковороду в окно. — Чего это вам, ваше сиятельство, не спится?

— На работу срочно вызвали, — улыбнулся я, глядя на её испуганное лицо. — Кофе есть?

Через пару минут я получил не только кофе, но и пару горячих булочек только из печи. Она их оказывается готовила к завтраку, но никак не ожидала, что кто-то придёт завтракать так рано. От предложения быстренько приготовить яичницу на сале, я с трудом воздержался, уже пора было ехать, чтобы попасть на место чуть раньше назначенного времени.

Второго января утром ездить по городу одно удовольствие. Подавляющее число водителей даже не собирались вылезать из-под одеяла, улицы практически пустые. Крайне редкие встречные машины моргают фарами, поздравляя друг друга с наступившим новым годом. На месте я был уже без десяти девять, но первым приехать не получилось. Обухов стоял, облокотившись спиной на перила Фонтанки и задрал голову вверх, осматривая здание перед собой, потом опустил глаза вниз и встретился со мной взглядом.

— Ну как тебе, Саш? — спросил он, кивнув на здание.

Я подошёл к нему, чтобы посмотреть с того же ракурса. Это было здание старой постройки, скорее всего ему больше двухсот лет, но смотрелось вполне неплохо. Если я правильно понял, первые два этажа планируется отдать под клинику, здесь как раз самые высокие потолки. Третий этаж был ниже раза в полтора, чем первые два. Скорее всего раньше это был дом какого-нибудь графа и на третьем этаже жила прислуга и находились все подсобные помещения. Фасад был в неплохом состоянии, но требовал небольшого косметического ремонта.

— Да в принципе ничего, — пожал я плечами.

— В смысле ничего? — Обухов удивился и возмутился одновременно. — Это когда-то был дворец графа Варфоломеева вообще-то! Около сорока лет назад здание перешло во владение городских властей, когда внук графа профукал всё состояние и уехал в провинцию в своё имение.

— Понятно, — кивнул я. — Дом с историей. Только на его функциональность это никак не влияет. Хотелось бы изнутри посмотреть.

— Ну пойдём, посмотрим, — сказал Степан Митрофанович, подождал, пока проедет почти пустой маршрутный автобус и перешёл через дорогу. Я пошёл за ним.

Вид внутри оказался чувствительно хуже, чем снаружи, но лучше, чем в заброшенных комнатах дворца Курляндского. Как ни крути, здесь везде требуется ремонт. Понимаю, что я хочу слишком многого, но я почему-то представлял себе, что нужно будет лишь купить мебель и оборудование, чтобы начать работать. Если соглашаться на это помещение, то придётся делать серьёзный ремонт. Мы прошлись по коридорам первого и второго этажей, заглядывая в комнаты через пустые дверные проёмы. Придётся ещё и небольшую перепланировку делать, для кабинета приёма комнаты слишком большие. А вот для учебных комнат на втором этаже — самое то.

— Ты так не расстраивайся раньше времени, — сказал Обухов, заметив кислое выражение моего лица. — Помещение отличное, расположение отличное, надо лишь сделать ремонт так, как тебе нужно и работай себе в удовольствие, правильно я говорю?

— Правильно, — эхом ответил я. — У меня на такой ремонт денег уже нет.

— А твои и не потребуются, об этом и речи не идёт, — сказал Обухов, похлопав меня по плечу. — Надо найти подрядчика и составить смету, а я её уже буду продвигать в городской администрации. Так что следующий шаг за тобой.