– Не имею ни малейшего понятия, – сохраняя внешнюю невозмутимость, бесстрастно отзывается Кая.

– Я бы поступил точно так же!

– Значит, мы не так уж сильно отличаемся! Не хочешь поменяться со мной местами?

– Я оценил твое остроумие, – задумчиво протягивает Кронос. – Но напрасно ты считаешь, что твое место сильно отличается от моего.

Оставив туманную реплику повелителя ада без ответа, Кая переводит взгляд на Эйнара. Клетка прекращает движение, остановившись над кишащим черными змеями стеклянным кубом. Резко присев, швед опускает руки и крепко смыкает пальцы на нижней поперечной перекладине, собираясь последовать примеру первой жертвы. Эйнар попытается использовать свое тело как маятник, чтобы спрыгнуть за пределы контейнера. Физически он сильнее и выносливее самой подготовленной женщины. У него должно получиться. И получится!

– Выпускайте нашего трутня, – гремит на всю игровую нетерпеливый голос Кроноса. – И не забываем про ставки, господа. Перед вами боец с шестого уровня, и он довольно живуч.

Вцепившись в подлокотники и почти не чувствуя укусов шипов, Кая словно в замедленной съемке наблюдает, как отделяется от клетки решетчатое дно и камнем летит на шипящие сплетающиеся клубки.

Вовремя сгруппировавшись, Эйнар уверенно удерживает свое тело на весу, не болтается из стороны в сторону, как первая жертва, а быстро работает ногами, раскачиваясь над змеиной пропастью.

– Неплохо, – прохладно комментирует Кронос.

Еще как неплохо, с торжеством думает про себя Кая.

Ваши ставки окупятся, господа. Ставьте больше.

Эйнар делает несколько четких слаженных движений, за которыми следует стремительный просчитанный прыжок…

У Каи обрывается сердце, падает в пятки вместе со схватившимся за острый край контейнера Эйнаром.

Он промахнулся… до цели не хватило жалких миллиметров.

Босые ступни шведа задевают блестящие чешуйчатые кольца, из разрезанных ладоней по запястьям стекают тонкие ручейки крови, но еще не всё потеряно. Парень упрямо держится и не собирается срываться в гигантский змеиный клубок.

Кая судорожно втягивает воздух, когда, подтянувшись на руках, Эйнар перелезает через край контейнера и пружинисто соскакивает на пол. Практически без единой царапины, не считая порезанных ладоней.

– Невероятно! Потрясающе! – скандирует Кронос, лениво хлопая в ладоши. – Господа, запомните этого бойца. Он принес многим из вас удачу сегодня.

Выпрямившись, Эйнар медленно приближается к трону, взгляд опущен вниз, челюсти плотно сжаты. Татуированное сильное тело впечатляюще блестит в лучах направленных на него прожекторов. При каждом новом шаге мышцы бойца сокращаются, скандинавские руны и символы оживают. Невозможно оторвать взгляд. Настоящий бог войны, мощный, прекрасный, горячий и дико опасный.

Каю захлестывает целый шквал эмоций, адреналин зашкаливает, хочется сорваться и с ликующим воплем броситься к нему навстречу, повиснуть на могучих плечах и впиться жадным поцелуем в полные губы.

– Сколько эмоций, пчелка! – зловеще шипит ей в ухо Кронос. – Ты так счастлива, что не чувствуешь боли и слабости от потери крови. Твой пульс и биение сердце убивают тебя, но ты продолжаешь улыбаться, понятия не имея, как близка к смерти. Кая, Кая… – шумно втянув воздух возле ее головы, мечтательно восклицает Крон. – Я завидую тебе… Мы все завидуем тебе. Правда, господа? – выпрямившись, дьявол обращается к своей демонической свите, и та отвечает ему одобрительным гомоном.

Больные, они абсолютно и безнадежно больные.

– Поднимайся за наградой, трутень. – Крон направляет свою трость на Эйнара. – В благодарность за подаренную вечность Ледяная Дева должна тебе смертельный поцелуй.

– Что это значит? – ошарашенно выдыхает пчелка, напряженно наблюдая за уверенно преодолевающим ступени шведом. Поравнявшись с ней, Эйнар с легкой подачи Кроноса получает тростью по коленным чашечкам. Проглотив болезненный рык, он, как подкошенный, падает на четвереньки возле ее ног, взглядом умоляя Каю сохранять спокойствие. – Яд в моей помаде? – поддавшись панике, озвучивает она первый пришедший на ум вариант.

– Зачем нам так рисковать тобой, пчелка? – ухмыляется Кронос. – К тому же ты давно съела помаду со своих губ и до сих пор жива. Подумай еще, Каталея.

Скрытый в троне механизм приходит в действие, опуская сиденье ниже и максимально разводя бедра девушки. Платье задирается до талии, выставляя ее напоказ. Шипы вонзаются глубже, когда она рефлекторно пытается свести ноги. Адская боль на мгновение ослепляет девушку, веки обжигает солью, сердце надрывно барабанит в груди, многократно усиливая ее страдания. Сквозь багровый туман Кая смотрит, как Эйнар встает на травмированные колени, и его лицо находится фактически напротив прикрытой лоскутком ткани промежности. Крон заставит его сделать ей куннилингус? У всех на виду? И только? Но это даже с натяжкой нельзя назвать «смертельным поцелуем». Если только…

Сиденье под ней снова начинает трансформироваться, сдвигаясь вперед. Спинка со скрежетом опускается, и помпезный трон становится чем-то вроде гинекологического кресла, на котором она неподвижно лежит с бесстыже раздвинутыми бедрами, не способная сопротивляться и защищать себя. От чего, черт возьми? Боже, он же не собирается…

– На самом деле трутню вовсе необязательно тебя целовать, – глумливо поясняет Крон, возвышаясь в изголовье импровизированного хрустального ложа. – Тебя же посвятили в правила. Могла бы и сама догадаться.