Работа началась.

Первым делом – не касаться. Даже пинцетом. Сканеры работают в пассивном режиме. Минимальное энергетическое излучение, никаких активных волн. Сфера отвечает тонкими колебаниями в визуальном спектре. Меняет оттенки – от мягко-серого до электрически-синего, с вкраплениями фиолетового.

Реагирует на электромагнитную плотность. Значит, у неё есть внутреннее поле.

Подключаю спектральный анализатор. Пошёл медленный срез: внутренние пласты, структура. Никаких металлических соединений. Никаких кабелей. Только сплетения – будто оптические, но не стекло. Они реагируют на свет, но не проводят его. Поглощают. И перераспределяют.

И при этом – внутри них идёт перемещение. Микропотоки. Пульс.

Да. Эта штука живая.

Усилил воздействие. Камера пошла глубже – и тут случилось нечто.

Из центра сферы вспыхнул слабый луч – не в сторону сенсоров, а прямо мне в лицо.

Не лазер. Не пучёк. Что-то другое. Глаза не пострадали. Но в голове возникло воспоминание. Чужое.

…Город. Платформа. Стеклянные стены. По ним ползёт вода. Смотрю изнутри. Я – не я. У меня три руки. Не человек. Их голосов – семь. Они смеются. Потом тишина. Потом боль. Вспышка. И я – снова я.

Отключил питание с камер. Замер.

Чёрт!

Матричное эхо. Даже не полноценная нейросеть. Это хранилище опыта. Не данных. Не знаний. А именно восприятий. Слой за слоем. Каждый, кто с ней контактировал, что-то оставлял. Или – она забирала.

Мику снова проявилась.

– Это тебя тряхнуло?

– Скорее… показало.

– Я почувствовала. Это не память. Это как… эхо.

– Да. Как если бы сунуть руку в чью-то мечту.

Сохранил лог. Проверил целостность датчиков. Никаких повреждений. Но ощущение осталось. Как будто кто-то провёл лезвием по задней стенке сознания. Не больно. Просто – чётко. Не забудешь.

Вскрыл два защитных протокола. Дальше – только грубый разбор, или приглашение. Пока не рисковал. Перешёл к плану "Б": запустить внутри мастерской стабильное экранирование.

– Мику. Подключи барьер.

– Энергии уйдёт много.

– На эту ночь хватит. Потом подзарядим.

Она кивнула. Появилась проекция панели – нажал нужные зоны. Тонкая серая плёнка закрыла стены. Тишина. Теперь – никаких сигналов наружу. Даже если она вздумает позвать.

Вернулся к сфере.

– Если ты слышишь – можешь говорить. Но только здесь.

– ...

Пауза. Пульсация изменилась. На секунду – совпала с моим дыханием. А потом… звук. Просто короткий – как щелчок по металлу, но изнутри. Как если бы кто-то постучал. Один раз.

Даже не улыбнулся. Просто поставил второй таймер: двадцать три часа. До срока, когда Мартин вернётся. И до того момента – должен понять, что у меня в руках. Не вселенская воля. Не пророчество. Инструмент. Ломанная штука, которую нужно разобрать и собрать. То, что умею хорошо, да и "знание" в помощь.

А если она при этом сопротивляется – значит, в ней есть система.

А если есть система – значит, есть и ключ.

…и моё знание откликнулось.

Не пафосно. Не взрывом. Просто как щелчок – один переключатель в голове сменил положение. Даже не сразу осознал, что это не мысль – это реакция. Глубоко в спинном мозге, где не слова, а сигналы. Это был не доступ к чужой памяти. Не озарение. Это был навык интуитивной аптитуды.

Пальцы двинулись сами. Неуверенно, но точно. Без колебаний. Как если бы кто-то много раз до этого делал то же самое – и теперь передал мне эстафету. Тут же взял в руки инструмент, но уже не думал, как и зачем. Просто чувствовал правильный момент. Точность. Вес. Пластик рукояти и микровибрации от соприкосновения с поверхностью стола. Мелочи, на которые раньше не обращал внимания, теперь заговорили.

Сфера чуть изменила пульсацию. Будто почувствовала. Не агрессия. Не оборона. А… ожидание?

Сфокусировался. Вдохнул – и позволил знанию течь. Не по нейросхеме. Не как мыслям. Как воде в канале. Накопленный опыт, который теперь был моим. Не мой стиль, не моя техника – но мои руки знали, что делать. Касался защитных слоёв в обход – не нарушая, а скользя по структуре. Как если бы она ждала, что нарушу границу. Ан, нет. Я встраивался. Становился частью механизма, даже не войдя в него.

Каждое движение словно шло в такт не звуку, а некоему ритму, глубоко спрятанному в ткани устройства. Внутри сферы что-то отзывалось на касания. Не словами – вибрацией. Ударом света. Тенью на краю поля зрения. В голове – фраза, не моя: "Если ты слышишь – ты уже часть."