Заинтересованно вглядываясь в зыбкие контуры, он настроил самое максимальное приближение. На северо-западе на самой границе горизонта высоко в небо вздымалось черное как смоль строение. Поражали его размеры. На первый взгляд виднелась ширина в десятки километров и высота в несколько километров. Пожалел, что в Черной Саламандре нет обзорного стекла. Оно бы заботливо приблизило искомое строение, точно рассчитав размеры.

Но данных хватало и без того. Учитывая, что довоенная архитектура предлагала человечеству самые высокие здания не более километра в высоту, Дементий был шокирован. Неизвестное здание было явно рукотворным. И если его не возвел Китай в последние месяцы перед Войной, то кто?

Максимальное приближение снайперского прицела показало, что строение походит на муравейник: сотовая структура, темно-синий плотный материал. Но высота естественных муравейников мутантов в лесу редко превосходила высоту двухэтажного дома, к тому же мутанты выстраивали их из земли и всего, что попадалось под руку в округе. Никто никогда не применял неизвестные сплавы, насколько показывал анализ слизи мутантов.

Дементий собирался было рвануть планер прямо на строение, но тут же сам себя остепенил: планер зарядился лишь на четверть. А расстояние до цели было более десятка километров. К тому же никто не гарантировал ему защиту от мощной радиации, возникни такая по дороге.

В старом Китае с его извечной загазованностью человеку даже с помощью мощного бинокля не удалось бы разглядеть подобного строения на подобном расстоянии. Но за десятки лет округа очистилась от лишних примесей в воздухе. Радиоактивная пыль осела, не мешая обзору на чистом горизонте, и Демон видел то, что видел.

Приблизившись к самой земле, Дементий взял образец самой земли и рванул планер обратно к Содружеству. Предстояло сделать анализ почвы. Данные разведки по Китаю и увиденное никак не совпадало в его голове.

Планер вскоре приземлился на крышу. Дементий соскочил на землю и приблизился к антирадиационному модулю. Тот тревожно пикнул, вперился в посетителя, просканировал и удовлетворенно затих. Уровень радиации на костюме не угрожал составу.

Демон промчался в лабораторию, на ходу наткнувшись на Ольху.

— Куда мчишься, как угорелый?

— Китайскую землю исследовать.

— Зачем?

— Не фонит! — его голос едва не сорвался от восторга.

— Как не фонит? Ты со своей эпигенетической регуляцией совсем поди с ума сошел? Дай сюда, — заинтересовалась почвой Ольха и сама первой начала проводить опыты над образцами.

— Я в порядке, — отмахнулся бывший пациент. — Просто у нас настолько мало данных по Китаю, что хотелось проверить.

Потекли минуты ожидания… Анализы показали, что собранная почва лишена продуктов деления урана-235, 238 и плутония-239.

— Как такое возможно? — удивилась Ольха. — Ты точно собирал с поверхности?

— Точно. С полей. Открытая местность. Лопат в планере нет.

— На открытой местности после ядерных взрывов должно быть огромное количество изотопов, — проникновенно напомнила Ольха. — Во время взрыва образуется более трёхсот видов изотопов. Правда, их периоды полураспада от десятков тысяч лет до долей секунды. Однако, объединяет их всех одно — высокая активность. И… где она?

— Успокоилась? — ухмыльнулся Демон, так же пристально глядя на землю без явных признаков заражения.

— Какой к чёрту успокоилась? — Ольха оторвалась от микроскопа и принялась за более детальные химические анализы. — Давай число беккерелей посмотрим. Распады за единицу времени не могут успокоиться даже в теории. Это процесс, который происходит постоянно! И от него зависит тяжесть последствий радиационного заражения.

— Да это понятно. Нам известно, что ИИ утюжил Китай всеми типами ядерного оружия, — даже не спорил Дементий. Но факт оставался фактом — земля была НЕ заражена.

— Да, — сама себя подбадривала Ольха, не веря в цифры на дисплеях. — И ядерные взрывы были наземными. То есть наведенная активность от потока нейтронов должна быть сто процентов! Нейтроны должны действовать на грунт. Частицы кремния, магния, углерода, натрия, калия и других должны преобразовывать их в прочие радиоактивные элементы. — она посмотрела на собеседника. — Все это поднялось в воздух с ядреным грибом и рассеялось по земле. Ты понимаешь?

— Понимаю, — спокойно ответил биолог. — Но земля чистая. И это не фокус… Как такое возможно?

— Да невозможно! — стояла на своем Ольха. — Радиоактивный след должен тянуться десятилетиями, а основные его следы деятельности выпадают на землю в течение первых суток. Если только…

— Что? — задумался наперед Демон. — Применение радиопротекторов?

— Нет, — скривила лицо Ольха. — Они помогают снять самые острые признаки лучевой болезни. Но только живому организму. Сульфгидрильные группы обладают противорадиационными свойствами, но их надо принять до начала радиационного воздействия. Да и при чём тут почва? Это не подводит нас к верным выводам по анализу даже в теории.