— Да, Масасочка и правда огонь! Хоть и тихоня обычно… — его осоловевшие глаза смотрят сперва на неё, потом на меня. — Король Данила, бери её в жёны и приходи к нам в Организацию. Мы семейный подряд уважаем!

— Да не будьте вы таким дураком! — вскипает Масаса и, не выдержав нарастающего испанского стыда за своего босса, разворачивается и уходит. Каблуки стучат по полу.

Председатель тут же спешит следом, крича ей в спину с заботой:

— Ну, Масасочка, чего ты сразу-то? Я же пытаюсь тебе жизнь обустроить! Ты одна уже сколько сотен лет…

Сам я немного офигел. Мда, и не понять же: притворяется Хоттабыч или, правда, напился. Да только как Председатель в ранге Высшего Грандмастера может опьянеть? Точно какой-то розыгрыш.

Я подхожу к Ольге Валерьевне. Она стоит неподалёку и радостно мне улыбается. И пусть княжна явилась как член царской свиты, это ничуть не мешает ей смотреть по сторонам с выражением восхищения и журналистского голода — глазами, в которых живёт охота за сенсацией.

— Ольга Валерьевна, хотите, я вас представлю Багровому Властелину?

— Ой, конечно, Ваше Величество! — отвечает она с идеальной светской любезностью.

— Для вас я всегда как минимум Данила, — улыбаюсь. — Хотя при людях можно добавлять и отчество.

— Поняла, Данила, — шепчет она едва слышно, а потом уже громче добавляет: — Степанович.

Я отвожу её к Багровому, который как раз немного отошёл в сторону и с задумчивым видом глазел на подоконник, где, растянувшись, лежала Красивая.

— Ваше Багровейшество, позвольте представить: княжна Ольга Валерьевна Гривова. Наша осветительница событий, вестница новостей.

Багровый поворачивается к ней, кивает, чуть склоняя голову:

— Новости… Значит, вы сможете представить меня вашему миру?

— С радостью, Ваше Багровейшество, — отвечает она, легко склоняясь в изящном реверансе.

Потом бросает на меня быстрый взгляд и посылает быстрый воздушный поцелуй. Лёгкая благодарность за эксклюзивное интервью.

Что ж, похоже, праздник удался. Да еще мне тайком устроили коронацию. Хотя радости от этого у меня немного, рановато все-таки произошло, но что уж теперь.

А вот за Феанором теперь нужен глаз да глаз. Да и с кораблём, пожалуй, стоит ему помочь.

Заипись, Та Сторона

Путь в Заипис был коротким. Феанор перенесся через портал из Антарктиды в Шпиль Теней, оттуда его доставила наёмная тройка, и вот он в портовом городе, полном криков, солёного ветра и запаха рыбы, въевшегося в доски и души. Воитель резким шагом направился в ближайшую судоходную контору. Внутри — обшарпанный деревянный прилавок, запах смолы и человек, похожий на ожившую бочку: крепкий, загорелый, с руками в татуировках.

— Мне нужен корабль, — бросил Феанор без лишних приветствий.

Владелец прищурился на его острые уши:

— Вы ведь альв из Королевства Золотого Полдня?

— Какая разница? — отрезал Феанор.

— Большая, — добродушно улыбается мужчина. — Лорд Данила много сделал для нашего города, потому дадим вам скидку.

Феанор дернулся, как от пощёчины. Лицо стало каменным:

— Мне не нужна никакая скидка.

Он вытащил из кармана и швырнул на стойку увесистый мешок. Звякнуло золото.

Владелец, конечно, не возражал. Заглянул в мешок, прифигел и повёл Феанора к дальнему причалу:

— Это одно из моих лучших суденышек. Быстроходное. Летит, как ветер. Лично обшивал. Вёсла не скрипят, парус в комплекте, с плотной прошивкой и усиленным кантом.

Феанор молча взошёл на палубу. Потоптал доски палубы, прошёлся, отметил состояние мачты, свежую смазку на поворотных осях руля. Корабль был достаточно новый.

— Быстроходное — это хорошо, — пробормотал Воитель почти одобрительно.

Вода за бортом вдруг вспенилась. Как будто что-то массивное скользнуло к поверхности. Мелькнул массивный плавник.

— Что это? — Феанор резко выпрямился. — Откуда тут киты?

Владелец фыркнул, будто ему задали детский вопрос:

— А, это аномальные речные киты. У нас тут живут, местные. Большие, но мирные. Обычно.

Про китов Феанор знал. Андуин был настолько большой рекой, что в нем жили даже киты.

Внезапно один из китов вынырнул наполовину из воды и с силой ударил хвостом по борту. Корабль резко дёрнулся, протяжно скрипнул всеми шпангоутами и угрожающе накренился. Почти сразу второй кит со всего размаха врезал в корму, и где-то внизу с глухим треском пошли пробоины.