Шрифт:
Конец дежурства прошел спокойно, перед отъездом домой зашел в бухгалтерию, выслушал от дам слова восхищения и зависти по поводу поездки в столицу, сел в машину и, опустив голову на руки, закрыв глаза, задумался.
Нет, не любил Тимофей суету больших городов, тем более Москву. Был у него уже опыт, поехал как-то молодой и амбициозный доктор Медведев за успехом, славой и деньгами.
И не вышло ничего. Нет, может быть, все бы и получилось, если бы не ошибки в личной жизни. Если бы он встретил другого человека, а не того, кого встретил.
А потом еще новогодняя лисичка с аппендицитом из Москвы укрепила нелюбовь к столичным своими дерзкими штучками. А еще у которой на все было свое мнение, гордыня и спесь, которой Тимофей сыт по горло.
– Эй, эй, Тимофей Михайлович, эй, вы спите? Или вам плохо?
В стекло стучали пальцами, это была Лида. В глазах волнение, в другой руке стакан с кофе из соседней кофейни. Тимофей опустил стекло, потер лицо, взял из рук Лиды стакан, сделал большой глоток, поморщился.
– Слишком сладко, а сахар – это белая смерть, Лида.
– Так мне еще рано, и я молодая, мне можно. – Девушка улыбнулась, заморгала ресницами, хорошенькая она была, как с картинки.
А может, замутить, и неважно, что рыжая?
Клин, как говорится, вышибают клином, вспомнилась поговорка. Медведев мужик был свободный, холостой, не так чтобы молодой, но силен и вынослив, а женщины у него не было уже прилично так.
– Вечером свободна?
– Да. – Лида улыбнулась, намотала на палец прядь рыжих волос.
– Натуральные?
– Что?
– Волосы.
– Нет.
– Так и знал.
– Так что вечером?
– Заеду, жди.
Глава 2
– Эй, Медведь, ты спишь? Рано еще в спячку, лето.
Звонок друга разбудил Тимофея, причем это была видеосвязь, на экране смартфона было довольное обгоревшее лицо Хабарова на фоне океана. Этот гад пил коктейль, потягивая его через трубочку, вальяжно раскинувшись в шезлонге.
– И тебе доброго дня, Егор.
Тимофей потер лицо, посмотрел на настенные часы, было уже семь вечера, а это значит, что свидание с Лидой он проспал, но разочарования не было. Она наверняка звонила и писала, но Медведев действительно спал, как медведь в спячке, после дежурства.
– Точно спишь, извини, хотел узнать, как дела?
– Шикарно дела, лучше некуда дела.
Мужчина встал, с телефоном в руке прошел на кухню, поставил его на стол, подпер кружкой с медицинской тематикой, им такие дарили женщины на двадцать третье февраля. Хирургу Медведеву досталась кружка с картинкой скелета с гипсом на ноге и руке.
– Прими мои поздравления.
– Знаешь уже, да? И какая такая сорока на хвосте прямо до Мальдивских островов принесла новость?
– Нет никакой сороки, есть чат, в который ты заходить не хочешь, а там много интересного.
– Ну да, да, чат, как я мог забыть?
Тимофей достал из холодильника холодную минеральную воду, начал пить прямо из бутылки. Голова болела, словно с похмелья, и сны какие-то странные снились. Надо было не ложиться днем спать.
– Когда выдвигаешься?
– Куда?
– На конгресс.
– Тебе вообще какое дело? У тебя, Хабаров, медовый месяц, наслаждайся, не отвлекайся от молодой красивой жены, это вредно для здоровья. И вот мне кажется, что это твоих рук дело.
– Что именно?
– Конгресс этот, будь он неладен.
– Я не такой могущественный, чтобы со всей страны собрать хирургов, чтобы бесить тебя. И заметь, там всего пять дней, моргнуть не успеешь, считай, отпуск начался раньше, а потом сразу ко мне, в лес. Ключи под кадкой с елью, заселяйся и отдыхай, даже можешь и не один, только дров наруби.
– Хорошо, спасибо, нарублю. Черт, Лида.
Тимофей сказал имя секретаря главного врача вслух – а звонила именно она, – поморщился.
– Лида? Что за Лида? Это та самая, рыжая секретарша?
– Нет, это не она, все, Хабаров, пока, жене привет, отдыхай.
– Эй…
Тимофей отключился, Лида продолжала звонить, а Медведев, как малолетка, мялся, не зная, отвечать или нет. Ответил:
– Извини, Лида, заснул.
– Ничего страшного, а я вот ждала вас, ждала, а потом пошла в бар, тут недалеко от больницы, и напилась.
Девушка икнула, Тимофей пошел в ванную комнату, надо было принять душ, взбодриться. Послышались какие-то посторонние голоса, к Лиде кто-то приставал.