— А ещё культурный человек… Ладно, надирайся, — парень поспешно спрыгнул со стула и, спустившись вниз, пристроился за столиком в зале.

— Выскочка, урод… Так и останешься третьим секретарём, — выдохнул Сергей.

На стойку поставили пузатый бокал на короткой ножке с коньяком «на палец». Сергей взял его, зажав ножку между средним и безымянным пальцами, а сам бокал удобно лег в ладонь. Понюхав, он слегка покрутил бокал — на стенках остался маслянистый след. Сделав глоток, Сергей улыбнулся собственным мыслям.

— Сережа, здравствуй! — Молодая красивая девушка с короткой стрижкой и в солнцезащитных очках коснулась его руки.

— Наташ, а ты чего здесь делаешь?

— Ты как всегда галантен… Угости девушку коктейлем, — устроившись на высоком стуле, сказала она.

Сергей взглянул на бармена и коротко кивнул. Тот улыбнулся в ответ.

— Чего хотела? — Сергей разглядывал содержимое бокала.

— У тебя вчера было распределение… Поговаривают, что всё пошло не так, как ты мечтал… — девушка не отводила от него глаз.

— Пришла утешить? Или позлорадствовать?

— Дурак ты, Серёга. Весь курс на ушах стоит. Никто даже представить такого не мог. Тебя — в жопу мира… А каких-то недоучек — в нормальные страны. Говорят, ты кому-то дорогу перешёл…

— Говорят, что кур доят… — выдохнул Сергей. — Ты чего хотела?

— Просто поговорить… Тебе сейчас нелегко… Но жизнь ведь не остановилась. Она продолжается. Всё так же светит солнце, влюблённые парочки украдкой целуются на скамейках, а воробьи воруют крошки со столов уличных кафе…

— Верно подметила… Жизнь продолжается, несмотря ни на что, — Сергей одним глотком допил коньяк.

— Сережа… — девушка снова коснулась его руки. — Хватит бухать. Это не выход… Не поможет, а вот навредить может запросто. Ты ведь сильный…

— Может, ты и права, но принять это трудно, — вздохнул он. — Наташ, а как бы ты поступила на моём месте?

Девушка задумалась, слегка прикусив накрашенную нижнюю губу. Бармен поставил перед ней бокал с коктейлем. Она улыбнулась ему, взяла бокал и сделала глоток.

— Знаешь, просто продолжала бы жить. Неважно, куда направили, важно понять — зачем. Сережа, ну не верю я, что лучшего студента, подающего надежды, просто так отправляют в страну третьего мира… — она снова отпила. — Но мечта-то всё равно сбылась, пусть и не так, как ты хотел. Ты ведь всё равно будешь работать в дипмиссии. И знаешь, я слышала, что тех, кто побывал в «горячих точках», потом быстро продвигают.

— Да ты оптимистка! — улыбнулся Сергей.

— Серёж, мой бокал наполовину пуст или наполовину полон?

— Да похрен, в нём всё равно половина… Как ни назови, содержимое не прибавится.

— Как тяжело с тобой говорить… У тебя какое-то особое мышление, — вздохнула она.

— Вот потому меня и отправили в жопу мира. Там как раз нужны люди с нестандартным мышлением, — горько усмехнулся он.

— Сережа, подойди к вопросу иначе. Найди плюсы в том, что случилось.

— Наташ, о чём ты? Какие плюсы в стране, где живут безграмотные негры, где местные устраивают разборки и называют это гражданской войной, где малярию подхватить — как у нас насморк, где жара, которую европеец с трудом переносит…

— А «европеец» — это ты? — улыбнулась девушка.

— Ладно, не придирайся к словам… Пусть будет «белый».

— Серёженька, это многое меняет. Ты ведь советский человек, а значит, справишься с любыми трудностями, — она сделала ещё глоток.

— Наташ, когда в твоей красивой головке поселилась такая идеологическая муть?

— Вот, Серёженька, ты сам и ответил на вопрос, почему едешь в Йемен, а не в Штаты… Спасибо за коктейль, была рада тебя видеть!

Девушка спрыгнула со стула, встала на цыпочки, поцеловала Сергея в щёку и направилась к выходу. У дверей она остановилась, помахала ему рукой и вышла.

— Твою мать… — Сергей покачал головой.

Расплатившись, он вышел на крыльцо. Окинул взглядом сквер и прогуливающихся людей, глубоко вдохнул и, спустившись по ступеням, зашагал в сторону метро.

Услышав, как открывается входная дверь, Сергей вышел в прихожую. Войдя в квартиру, отец посмотрел на сына и покачал головой.