Хотя, что тут придумаешь? Каким бы мудаком не был мой собеседник, все очень серьезно, и очень плохо. Я поймал себя на том, что бессмысленно пялюсь в окно, так и не убрав руку с телефона. А Серега Буслов внимательно смотрит на меня:

— Итальянский? Ты, Саня, не перестаешь меня удивлять…

— Ты сейчас вообще охуеешь, Серега — вздохнул я и полез в нижний ящик стола, где так и держал деньги. Несмотря на сейф, что нам приперли Вова Кузьмин и Вова Ильин. Параллельно пересказывая свой разговор.

— Ты не покуришь на улице, Серег? Я Маше позвоню, предупрежу, что уезжаю. –завершил я монолог.

Он кивнул, и молча вышел, несколько удивив меня своей реакцией на новости. Но я не стал над этим думать, и набрал номер редакции «Коммерсанта». Пока Машка добиралась до телефона, я успел подумать, что все крайне погано. Потому что обращаться в полицию — нежелательно. Скандал в европейской прессе с русскими бизнесменами, занятыми реализацией армейского имущества в Германии, позволит Руцкому сотоварищи, легко убедить кого хочешь, передать все это дело ему. Впрочем, вряд ли это его рук дело. До таких высот планирования, ни он ни его окружение не доросли.

— И чего ты отвлекаешь меня от работы, Лукин? — судя по голосу, она улыбалась.

— Я срочно улетаю в далекую сибирскую тайгу, Маш. Организовывать золотодобычу. Со связью там никак. Вот, звоню попрощаться.

Она помолчала:

— Ты меня бросаешь?

— Ну, Маша! В нашей спальне лежат не только мои джинсы, но и мои спортивные штаны. Как я могу тебя бросить, не забрав их? Попроси, кстати, Варвару постирать джинсы.

— Саш. У тебя неприятности?

— Ну… золотодобыча же.

— Когда вернешься?

— Неделя. Может две.

— Вот только попробуй свернуть себе шею!

Открылась дверь, и вошли Буслов, Леха, и, почему-то Мурад.

— Я побежал, Маш. Целую. — я, в досаде, положил трубку. Прикурил сигарету и повернулся к вошедшим.

Ряженов уселся за Серегин стол, тот — на свободный стул, а непонятно зачем присутствующий Мурад- на подоконник.

— Рассказывай — распорядился Леха.

Я, подробнейшим образом пересказал прошедшую беседу. Изложил выводы, о том, что мой собеседник явный придурок. А так же поделился предположением, что нас догнала операция с фальшивыми долларами. Итальянцы принялись изучать причины неудачи, и наткнулись на нас, а потом и на ребят в Берлине. Озвучил мысль о нежелательности полиции. И на этом замолчал.

— И что ты думаешь делать? — Алексей Анатольевич поднял на меня глаза.

— Я думаю немедленно лететь в Берлин. В Берлине, поискать криминальную бригаду. И за деньги нанять ее в помощь. Не думаю, что это будет сложно.

В прошлой жизни я так делал. Я, в Марселе, нанял самых настоящих бандюков. Которым поручил охрану очень дорогих автомобилей, что возили с места их покупки, на регистрацию в Гибралтар, для налоговых послаблений.*

— После прояснения обстановки, мне видится как минимум два варианта — я потушил сигарету — простой, это обменять ребят на деньги. И посложнее –выяснить, что за люди это устроили, и попробовать ребят освободить. И шансы, мне кажется, есть. Только действовать нужно быстро, и быть в Берлине — край, к завтрешнему вечеру.

Парни на мой спич, отреагировали по-разному, но в общем- пренебрежительно. Лишь Леха уточнил:

— И какой план сейчас?

— Ну какой, к херам план, Леха? — я снова закурил — сейчас попрошу Резнюк, а то и тебя, помочь с билетом, и деньгами. Переговорю с этим твоим Юргеном. Позвоню в Дойче банк, что бы ждали меня послезавтра утром. Я, Леш, депозит в Дойче распатроню. Буду должен. Отработаю. А там — по обстановке. И, обменять Ирку с Женей на деньги, мне не впадлу, так и знай. Хотя и не хочется.

Повисла тишина. Потом Леха достал из Серегиного стола бутылку и стаканы. Вопросительно глянул на нас. Мы все отказались. Он налил четверть стаканы и выпил. Подумал, подышал, и сказал:

— Значит так. Летите втроем. С Юргеном, я сейчас переговорю. Насчет бандитской бригады, не худшая мысль, Алекс. Вот Юрген, тебе с ней и поможет. И вообще, я рекомендую все свои действия предварительно обсуждать с ним. Он полноценный участник нашего бизнеса, и отлично владеет обстановкой в Берлине, да и в Германии.

— Ты же говорил что он комсомолец, этот Штолле. — открыл рот Серга.

— И комсомолец тоже — кинул головой Ряженов — сами увидите. В общем, сидите здесь. Ждите. Я сейчас все организую.

— Главное — с билетами, Лех — буркнул я. Разрастание экспедиции мне не оч нравилось. Хотя, одному тож не очень…

— Ближайший рейс завтра вечром, Лукин — вставая буркнул Леха — ждите.

И вышел.

А парни, Мурад с Бусловым, взялись за меня. Я, как мог, отбрехивался, что не зная ситуации, ждать от меня мыслей глупо. И разговор, как то незаметно зашел обо мне и моих боевых кондициях. О том, что я хорошо стреляю из автомата. И неплохо дерусь, уж тебя то, Мурад, точно уделаю. Нет, из короткоствола — плохо. Не тренирован. И с минированием никак. Ножи… ну так.