— Я должен извиниться перед тобой, перед Леной и Люком. И я сделаю это. Марс, прости меня.

Теперь уже Марсель не знал, что делать. Такой сценарий он даже не рассматривал — ни одна возможная реакция не была припасена.

В амбаре снова повисло молчание. Лишь урчание и щелчки внутри измельчителя раздавались в тишине.

"Скажи что-нибудь, не молчи как идиот!"

— Пап, я… я тебя не виню. И тебе не за что извиняться передо мной.

— Нет, мне, чёрт возьми, есть за что извиняться! Особенно перед тобой! — снова обрушил кулак на жалобно скрипнувший измельчитель отец.

— Да хватит уже, пап! Сломаешь же! — прикрикнул Марсель.

— Марс, да хрен с этой чёртовой колымагой! — закричал Ален в ответ. — Ты сам столько просил избавиться от неё.

— И что? Ломать её теперь, когда ты не можешь эмоции свои сдерживать?!

Ален шумно вдохнул, так же шумно выдохнул и, чуть спокойнее, проговорил:

— А то, что я согласился на переговоры с тем перерабатывающим заводом…

Марсель не поверил своим ушам.

— Ты что сделал?

— Да. И договариваться поедешь ты, ведь я ничерта не смыслю в этих их графиках и таблицах и снова всё испорчу.

Парень пытался переварить сказанное отцом.

— Пап, извинений было более чем достаточно. Ты уверен, что..?

— Да, я уверен, Марс. Мне давно пора было дать вам заправлять тут. В конце концов, я уже старый и больной, да и нихрена не разбираюсь в том, что сейчас важно для семейного бизнеса. Я умею только собирать грибы, но и с этим автоматика справляется лучше меня.

Дверь в амбар внезапно распахнулась, и на пороге появилась Лена с двумя большими термостаканами в руках.

Отец с сыном синхронно уставились на гостью, которая с невозмутимым видом двигалась в их направлении.

— Думала, мальчики, вам не помешает домашний кофе, — раздавая стаканы, мягко сказала сестра. — Так… тебе без кофеина, держи.

Ален молча взял свой стакан. Он терпеть не мог кофе без кофеина, но врач рекомендовал — сердце уже давало о себе знать, особенно после смерти матери.

"Значит, ей всё было известно, но она даже не намекнула… Вот же лиса…" — с восхищением подумал Марсель, глядя, как Лена всем своим видом показывала, что не представляет, о чём шла беседа. Хотя она и не соврала, говоря, что лучше пока не поднимать тему модернизации переработки. Ален принял более высокоуровневое решение. Или, скорее, согласился с её доводами.

— Спасибо, Лен, — от души сказал Марсель, благодаря сестру не только за принесённый кофе.

Она лишь хитро подмигнула, едва заметно улыбнувшись.

***

Сидя за рулём своего пикапа, Марсель гнал по шоссе – нужно было добраться до города к назначенному времени. Он не любил опаздывать, а особенно на такое важное мероприятие.

Его первая деловая встреча. Его первый день в новом статусе.

Утренние события перевернули всё.

Парень лишь рассмеялся бы в лицо тому, кто рассказал бы ему о том, чего они достигли в отношениях с отцом за одно утро. Ворох проблем, копившийся годами, не исчез, и Марсель чётко осознавал, что им предстоит ещё много трудиться, чтобы наладить атмосферу в доме, но первый шаг был сделан.

Ален лично провожал его в дорогу, отказавшись ехать даже в качестве сопровождающего. Лишь проворчал что-то насчёт «чёртовых корпоратов», похлопал Марселя по плечу и отправился в главный тепличный купол – собирался повозиться с системой ирригации до возвращения Люка из школы. Им предстояла долгая беседа, и Марсель очень надеялся, что у отца всё получится.

Перед отъездом он перекинулся парой слов с сестрой, и та сказала, что на этот раз будет рядом, если понадобится вмешаться. Как утром, когда она принесла кофе им с отцом, который, казалось бы, уже не мог удивить Марселя ещё больше, но он это сделал.

— Марс… — взяв его за плечо, начал отец, — Я давно должен был тебе сказать об этом, но я не мог, и это была моя ошибка. Я сделал много ошибок, и, чёрт возьми, мне нужно остановиться, пока ещё есть время…

А потом он сбивчиво сообщил Марселю, что тот был приёмным. Вот так, прямо в амбаре у старого измельчителя.

Марселю казалось, что главные вещи в жизни должны происходить в подобных обстоятельствах – без всего того, что могло бы отвлечь от момента.

"Мне, чёрт возьми, есть за что извиняться! Особенно перед тобой!" – вот об этом говорил Ален несколькими минутами ранее до своего откровения. Марсель до сих пор слышал надрыв в его голосе, ведь отец жил с этим долгие годы и считал себя виноватым. Будто бы было за что…

Мир Марселя не рухнул в ту секунду. Рядом была его семья. Лена всё знала, но для неё он всегда был любимым братом. Отец остался отцом. Ничего не изменилось, ведь все его воспоминания были связаны с этой семьёй. И пусть он стал её частью, когда ему было три года.

Глянув на часы, парень отметил, что времени до встречи оставалось уже немного – всё же надо было собираться быстрее.

До города было уже недалеко, но с поправкой на пробки он едва успевал. Хорошо, что на дороге, предназначенной для обычного транспорта, было свободно, и можно было гнать на предельной, для старенького пикапа, скорости.