Новый рвотный рефлекс вышел особенно сильным. Девчонка (позабыв про ведро) перегнулась через перила, собравшись блевануть в зияющую пустоту, но Левински вовремя подхватил её под плечо.

— Эй-эй-эй. Этого только мне не хватало. Ты что, твою …. беременна?

[Ладно. Не ссы. Спать с мудаком не придётся. Старая ты для любовных утех. На сей счёт у него Дина имеется. Та ещё, сучка, к слову сказать]

Меж тем Хэнк корыто своё наладил. Платформу выровнял и медленно спуск продолжил. Ева не пыталась больше общаться с Велис. Поняла, что до добра этот диалог не доведёт. Мечтала лишь об одном, ступить скорее на землю, поэтому едва платформа коснулась пола, с облегчением выдохнула.

— Без визгов теперь! — Грэг снова поспешил взять подопечную за руку.

Помог той из лифта выбраться и осветил фонарём место, где они оказались.

Подземелье встретило их прохладой и сыростью.

Едва, люлька ржавым брюхом коснулась поверхности, Левински протянул Гиршу фонарь, а сам, повесив ружьё за спину, шагнул в темноту. Пока толстяк разбирался, где, там, у светильника кнопка, Грэг успел ощутимо о стену удариться, после чего под ногами его что-то хрустнуло. Затем ещё и ещё раз. Казалось, он набрёл на некую, скованную морозом лужу. Пытается из неё выбраться, но всякий раз ломает хрупкую поверхность тонкого льда, превращая корку в мелкое крошево.

— Ури, сожри тебя крабы после отлива, зажги уже долбанный этот фонарь!

Крабов, судя по всему, Гирш не любил ещё больше чем нагоняев от шефа, поэтому луч света в его руках разогнал темноту вокруг сию же секунду.

— Да, чтоб тебя!

Когда мощный прожектор отвоевал у мрака часть подземного лабиринта, Ева вдруг поняла, что лучше бы Ури выключить свет обратно.

Пещера просматривалась всего-то до ближайшего поворота, но и того, что она увидела, для паники оказалось достаточно.

Левински действительно стоял посреди сплошного зернистого крошева. Вот только осколки его были не ледяными, как Еве показалось вначале, а самыми, что ни на есть органическими. И от осознания сего факта по спине девушки пополз противный, парализующий тело холод. Низ живота свело нервным спазмом, когда она окончательно поняла, что нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, Грэг топчет сейчас, самые что ни на есть настоящие, человеческие останки!

— Он же… сказал…, что проход заварили, — как-то по-особенному жалобно промямлил Ури.

— Заварили, не заварили, — Левински спокойно, словно проделывал это тысячу раз, расчистил ногой площадку под люлькой, — хреново, видать, старались. Либо поздновато опомнились. Хз когда твари сюда добрались и сколько Одичалые эти уже здесь валяются.

Он, как ни в чём, ни бывало, подал Еве руку, но вовремя сообразив, что сама левантийка не выйдет, снова рывком вытащил ту на поверхность.

— Не парься, киса. Им всё равно сейчас ничем уже не поможешь.

(Это ведь не взаправду всё, верно?) - посетила девушку мысль.

Охватившая тело слабость мешала двигаться. Да что там двигаться, она вообще жить теперь сильно мешала. Дышать, реагировать, думать. В одну секунду лишила Еву и без того отнюдь недюжинных сил.

— Ступай, где чисто. – Приказал «козлистый»

Женскую психологию Грэг знал на "отлично" Не зря же имел дело с представительницами слабого пола последний десяток лет. За это время, он твёрдо уяснил главную истину: если женщина что-либо себе напридумывала, проще сразу устранить причину испуга, чем, всякий раз затем убежать её сделать «полшага вперёд».

С момента, когда ДанВер накрыло первое наводнение, сквозь его бизнес прошли сотни будущих потаскушек. Поэтому Грэг давно выработал для себя определённую тактику поведения: не вникать в проблемы товара. Ведь все эти меланхоличные переселенки по сути всего лишь заработок. Следовательно, единственное, что должно его волновать, это полученная за кисок прибыль. Ну, и физическое состояние девушек до момента продажи, естественно. Как правило, большинство цыпочек было с Леванты. Крепость располагалась в сутках пути от ДанВера, была чуть меньших размеров и окружавшая её Стена смотрелась пониже, отчего в периоды наводнений город ощутимо подтапливало. Торговля там велась бойкая, царьки местные живым товаром не брезговали, так чего же ещё желать? До тех пор, пока всех смазливых с Леванты не вывезут, искать новые рынки бессмысленно. Разве что Полиозонию как-нибудь навестить? По слухам, девахи там хороши. Высокие и гибкие, как лоза. Далековато, правда. Но если выбраться из города сразу после отлива, за неделю можно успеть.

— Меня трясёт!

Ева интуитивно взяла Грэга за руку, обхватив запястье мужчины тонкими пальцами.

— Брось, куколка. Теперь это только пыль. Когда подохнем, все в неё превратимся, — он обхватил трусиху за талию, погладив осторожно по низу спины, — Ури, вон только, салом ещё крыс покормит. На нём они подольше задержатся. А к нам с тобой даже не подойдут. Тощие мы.

При упоминании крыс девчонка сжала его кисть сильнее.

— Да стебусь я, расслабься, — напрягать Еву теперь точно не стоило и Грэг тут же сменил опасную тему. — За поворотом пошире будет. Река там. Возле воды свежее.