– Нам бы хоть каплю вашего дождя, – жаловалась мама.

Да, это было так странно – будто в мире нарушилось какое-то равновесие.

Мира рассказала им шутку одноклассника, как они тут должны научиться дышать под водой.

– А мы, видимо, должны научиться дышать песком, – ответил папа.

На этом связь окончательно прервалась.

Бабушка покачала головой:

– Весь мир встал на голову. Ладно, пойдем ставить тесто.

И Мире на этот раз почему-то не захотелось сбежать в свою комнату и сидеть там в наушниках; она осталась на кухне. Ей нравилось смотреть, как мука смешивается с водой, как бабушка замешивает тесто – и кажется, в ее руках возникает новый мир, новая Вселенная.

«Вот и нас тоже кто-то замешивает, – думала Мира. – Воду с песком, землю с глиной. Одни не получились – в лепешку, все смешать; следующие».

Шутка Куренного про ковчег оказалась совсем не шуткой: Сашины родители успели купить подержанную лодку с мотором. Саша после уроков развозил на этой лодке продукты людям – тем, кому тяжело было самим ходить по затопленным улицам. Лодку они назвали, конечно, «Куренноев ковчег» – по пути подбирали то котенка, то собаку.

Мира все думала: а бабушка? Она работала из дома и совсем перестала выходить. Как бы она жила, если бы Мира уехала в прошлом году с родителями? Доставка стала стоить так дорого, не напасешься. Все же хорошо, что у бабушки есть Мира, а то оставалось бы надеяться только на таких волонтеров, как Саша и его родители.

Хороший он вообще, Саша. Все же она в нем не ошиблась. Хотя все-таки это немного не то – хороший, но не так, чтобы все время о нем думать.

Город пустел. Подвалы затопило; витрины магазинов погасли – нижние этажи обесточили, боялись короткого замыкания. Мира вяло листала в телефоне видео веселых нерп, плескавшихся на детской площадке, – они уже никого не впечатляли.

Удивительно, что кто-то еще ходил в школу. Мира сама ходила через день – и ее отправляли то таскать книги из библиотеки на верхний этаж, то в началку к малышам – почитать, порисовать, поиграть.

Хорошо, что в городе все еще были продукты, – Мира ходила в магазин, бабушка пекла хлеб и раздавала соседям.

С антресолей достали болотные сапоги – они назывались смешным папиным словом «заколенники». Конечно, они достают Мире чуть не до ушей, но их можно подвернуть и все-таки как-то идти, даже по самой высокой воде. В заколенниках неудобно, но они спасают. Пока спасают. Что же будет дальше?

Город постепенно погружался в воду с головой. Такую участь обещали Венеции. Но они-то не Венеция, и потом – не так же быстро!

Мира шла, придерживая заколенники руками за голенища, и с удивлением думала, что она уже и не думает, что этот дождь когда-нибудь кончится. Он теперь будет всегда. А город будет медленно скрываться под водой: сначала все улицы и проспекты, все мосты. Потом дальше, еще дальше – и вот от него останутся только крыши. А еще дальше – только высокие шпили. И лишь золотой кораблик будет блестеть на воде, пока не скроется из виду и он.

Ну нет! Как же он будет блестеть, если и солнца никогда не бывает? Что это такое вообще – солнце?..

…Ладно. Всё это будет еще нескоро; когда-нибудь потом. Еще надо дожить, как говорит бабушка. А для этого нужно дойти до магазина и купить еды. Прямо сейчас. «Перекресток» на втором этаже торгового центра – к счастью, он все еще работает.

Мира шла, нащупывая под водой высокий поребрик. Мимо пролетела нахальная чайка и крикнула ей прямо в лицо.

Мира чуть пошатнулась, на секунду потеряла равновесие – не хватало еще свалиться в воду на ровном месте! Детский сад.

…Она попыталась выпрямиться, но тут поребрик предательски качнулся и выскочил у нее из-под ног; сзади толкнуло в спину вольным валом, и Мира не успела ничего сообразить, как вся, с головой ушла под воду.

Не может быть, чтобы тут было так глубоко! На своей же улице, возле дома! Мира никак не могла нащупать ногами асфальт, беспомощно барахталась, тяжелые заколенники тянули ее на дно – а она пыталась понять, где верх, где низ; где вообще можно глотнуть воздуха?

…И тут чья-то рука схватила ее за капюшон, выдернула из воды и потащила куда-то. Мира, отфыркиваясь и снова захлебываясь, ничего не видела, не слышала и не понимала; оставалось только зажмуриться и довериться тому, кто тащил ее.

«Саша?» – мелькнуло где-то в полусознании; но тут ее окончательно вытянули на громыхающую жестяную крышу одноэтажной пристройки.

Не сразу узнала знакомое лицо – нет, не Саша.

Они сидели вдвоем и смотрели, как на двор набегают волны. Она уже откашлялась и могла нормально дышать; даже успела пожалеть о потерянных заколенниках. А он сидел рядом, очень смешной – волосы прилипли ко лбу, вода стекала по лицу.

– Откуда ты взялся? – спросила она наконец.

– Я же говорил, – ответил Петя Рыбаков. – Нам нужно научиться дышать под водой.