— Друже, не гневись, но оглянись вокруг. Неужели ничего не видишь? Совсем тебе эта девка ум застила, — проговорил воевода. После смерти отца он занял место подле молодого князя и был тому верным другом и соратником.

— Вижу, — буркнул Светозар. — Снег кругом.

— То-то и оно. Снег. А уже снегогон. А снег и таять не думает.

Светозар резко натянул поводья, тормозя коня. И словно пелена упала с глаз. И правда. Не слышно первой капели. Метель метёт, будто лютень на дворе. Как он этого не замечал?

Соскочив с лошади, выхватил меч и хотел было по берёзе ударить. Елизар мягко остановил его руку.

— Древо, княже, ни при чем. Не вымещай злобу на нем.

Тяжело дыша, Светозар воткнул меч в снег. Прав был воевода. Пора за ум браться, а не по Любичу в поисках девки, как пес, поднявши хвост, носиться.

Успокоившись, он сел обратно в седло. Махнул мечом дружине, чтобы за ним следовали, и отправился к ближайшей деревеньке Крутогорке. Там их должен был уже ждать староста Буян. Гонца к нему отправили еще три дня назад.

Съехав с пригорка, увидели деревню. Над высоким частоколом вились дымки топившихся изб. Но ворота были закрыты. И лишь когда обоз подтянулся ближе, стражники распахнули их. Рядом с воротами стоял сам староста Буян, широкоплечий мужик с окладистой бородой, в теплой овчинной шубе.

— Княже! — воскликнул он, кланяясь. — Ждали мы тебя.

— Какими новостями порадуешь, Буян, — ответил он, спешиваясь. — Что скажешь?

— Пойдём в избу, княже, — качнул головой Буян. — Недобрые вести у меня. Упырь завёлся.

— Упырь? — нахмурился Светозар. — В Крутогорке?

— Да, княже. Повадился он к скотине да людям. Троих уж уволок. Кровь всю выпил, да нутро повыел.

— Надо что-то делать, — князь нахмурился и направился к избе старосты. — Вечером с воями в дозор пойду.

— Да зачем же, княже, сам-то, — заметил староста, семеня рядом. — Сейчас мужей соберу, и с дружиной пошлю.

Войдя в избу, Светозар сел на лавку у стола. Староста налил ему квасу из глиняного кувшина.

— Рассказывай, Буян, — князь отпил из кружки. — Когда это началось?

— Да вот, княже, с месяц назад, — ответил тот. — Сначала скотина пропадать стала. Овцы да коровы. А потом и люди.

— И что вы сделали?

— Да что сделаешь, княже? Стали запирать скотину в хлевах, да по ночам караулить. Но упырь хитёр, обходит все ловушки.

— Не иначе как местный, — задумчиво произнес Светозар. — Знает все тропы и повадки.

— Так и есть, княже, — согласился Буян. — Полагаю, кто-то из наших обратился.

— Надо найти его и убить, — князь постучал пальцами по столу. — Иначе он всех вас перебьёт.

— Верно, княже, — кивнул староста.

Вечером князь вместе с воями вышел в дозор. Положив руку на навершие меча, он внимательно осматривался, выискивая упыря в ночных тенях.

Меч у него был знатный. Клинок из вороненой стали был прочным и острым. Рукоять из резного дерева удобно лежала в руке. Навершие меча было сделано из серебра и изображало голову волка с оскаленными зубами.

Светозар получил этот меч в подарок от своего отца.

Меч для воя был не только оружием, но и символом власти и чести. Носить меч имел право только свободный муж. Рабы и челядь прав владения оружием не имели. И берёг князь свой меч как зеницу ока.

Оглаживая пальцем волчью голову на навершии меча, Светозар чутко прислушивался к шорохам. Деревенька жила своей жизнью. В хлеву мычали коровы, позади слышалось блеяние овец. В крайней избе, где жила вдовая бабка, чему-то смеялись девки. Небось на вечерки собрались да играли в лычки и козла. Вон и парни из других изб так и шмыгали.

Внимание Светозара привлек излишне громкий шум из дальнего хлева. Махнув рукой, он позвал с собой Елизара и, держа меч на изготовку, распахнул дверь.

Над задранной коровой склонилось существо, похожее на человека, но с неестественно бледной кожей, горящими красными глазами и острыми зубами. В руке с огромными когтями были зажаты потроха коровы.

— Упырь! — воскликнул Светозар, обнажая меч.

Существо обернулось и посмотрело на князя. Его глаза вспыхнули еще ярче, а клыки обнажились в жуткой усмешке. Растопыренные огромные уши чуть дернулись. И упырь резво перемахнул через загон. Выскочил в окно, используемое для проветривания хлева, и был таков.

Дружина кинулась по следам, на ходу выпуская стрелы по нежити.

Тварь перескочила забор и кинулась в сторону леса.

Елизар остановил князя, сказав, что дружина и сама справится. Через час они и правда притащили голову нежити, насаженную на кол. Рассказали, что догнали его в подлеске. Тварь пыталась достать воев кривыми когтями, но ее быстро упокоили длинные копья. Сердце упыря, как и положено, пронзили осиновым колом, а тело разрубили на куски и раскидали.