Первожрец замахнулся и кинул в Астерота посох. В полёте тот взорвался, разлетаясь на зависшее в воздухе плетение, через пару секунд опавшее мелкими веточками. Тёмный хотел сбежать, но было поздно: его обувь приковало к земле, и его конечности начали стремительно дубеть. Выпала из руки рапира, безвольно растопырились пальцы, начали затекать чуть согнутые ноги. Микропортал не работал, а пробивать проход Материей — слишком сложно и непозволительно долго.

Верховный друид тем временем со стоном разогнул сгорбленную спину, и из-под земли вылетел рой непонятно откуда взявшихся насекомых. Они облепили старческое тело и тысячи мелких крылышек затрепетали, наливаясь холодным бледным светом. Он становился всё ярче и ярче, будто разгорающийся огонь, и через десяток секунд святилище озарила ослепительная вспышка.

Где-то вдалеке зашипели копии Тугса, послышались тихие стуки — они падали на землю, оглушённые резким проявлением противоположной Материи. Астерот, как ни пытался, не мог увидеть ничего, а конечности уже почти полностью сковало заклинание Верховного Друида. Шианхут с Убийцей тоже были ослеплены, а Лира… Лира стола в шоке, не зная, что делать.

Она, единственная, кого яркий свет не смог надолго вывести из строя, смотрела на то, как быстро изменилось тело Первожреца. Он словно сбросил осточертевшую маску дряблого старика, превратившись всего за пару секунд в молодого статного эльфа. Его руки были увешаны всевозможными браслетами, на пальцах — кольца и перстни, переливающиеся разными цветами. Всё тело было расписано переплетающимся в причудливых узорах татуировками, концы и начала линий было не разобрать.

В том, кто всего секунду назад был сгорбленным старцем, сейчас чувствовалась мощь. Без своего посоха бывший Друид внушал не меньше страха, чем с ним. Он поднял руку, и могучие мышцы перекатились под кожей — это могло бы выглядеть красиво, учитывая молодое тело, но движение было старческое, дёрганое и надрывное. Как будто обновлённое тело — всего лишь иллюзия, и на самом деле там всё тот же дряхлый дед.

— Не ждал, отродье?! Слишком много времени было потрачено на подготовку, и твоё появление тоже было предсказано. Ритуал был почти проведён, и сегодня, — сейчас! — будет финальный штрих! Ваши жизни станут последним подношением!

Первожрец вытянул вперёд раскрытую ладонь, и с неё сорвался вихрь зелёных огней. Они, переплетаясь в полёте, впечатались в землю, и от места удара во все стороны по траве пошли небольшие волны. Стебли и листья, принесённые волнами, врезались в остатки стен святилища и там уже складывались в барьер.

— Вам отсюда не сбежать, ягнята. — Прошипел жрец, собирая в ладонях Материю Жизни. — Вы останетесь со мной навечно!

Первожрец вытягивал бурлящий шар зелёной Материи, придавая ему форму. Нападать на него по-прежнему никто не спешил: Астерот был уже почти полностью скован заклинанием паралича, Шианхут и Убийца были заперты на другой стороне разлома, а Лира — слишком напугана, чтобы что-то противопоставить Друиду, почти завершившему вознесение.

Лира, больше надеясь на удачу, чем на собственные навыки стрельбы, направила арбалет на занятого своим оружием Первожреца. Её рука дрожала, прицелиться было невозможно, а эльф продолжал спокойно висеть в воздухе, нисколько не боясь направленного на него оружия.

С щелчком болт полетел вперёд, наливаясь оранжевым свечением. Ничтожное расстояние в несколько шагов он преодолевал, казалось, пару часов, но в итоге всё-таки врезался в кожу жреца. Послышался стук, будто им ударили о металл, а не мягкую плоть, и снаряд упал в глубину чернеющего под друидом разлома.

— Тебе этого недостаточно, правда ведь? Давай, попробуй ещё раз. — Со снисходительной улыбкой друид развернулся так, чтобы девушке открылась его грудь. Плавным движением он отодвинул плащ, обнажая правое плечо и рёбра. — Считай это форой. Стреляй.

Лира сначала замялась, проводила удивлённым взглядом широкую ладонь друида, вернувшуюся к формированию оружия, затем перевела взгляд на оголённую грудь. Нацелилась и неверяще посмотрела, как очередной выстрел не принёс результата. Выстрелила ещё и ещё раз, попробовала под другим углом, но после всех попыток немного смуглая кожа Первожреца не блестела от крови и не была утыкана стрелами. Напротив, она была идеально целая.

— Убедилась. — Кивнул друид. — Ты бесполезна, тщедушное ты тельце. Он таскает тебя с собой просто для того, чтобы рядом был кто-то живой, вот и всё. Поэтому ты будешь последней жертвой… Пусть хоть где-то принесёшь пользу.

Астерот хотел ответить, но не смог: голосовые связки, как и губы, уже парализовало. Всё, что ему оставалось — просто смотреть на то, как Первожрец медленно подводит их отряд к тому, что они просто жертвы. Эльф игрался, наслаждаясь страхом, что сковывал Лиру получше паралича, беспомощностью Тёмного вдали от своих Иссушённых…

— Ответьте мне вот на какой вопрос, — Материя в руках Друида уже больше стала похожа на кнут. Он подкидывал его в ладонях, примеряясь к непривычному оружию. Впервые с момента своего появления он отлетел от разлома, ослабив контроль за Иссушёнными. — Как вы могли допустить саму мысль о том, что вы, ничтожные по своей сути создания, сможете как-то помешать мне?! — Первожрец нарочито медленно двигался к Астероту. Его лицо тронула садистская улыбка, стоило оказаться вплотную к скованному заклинанием магу. Холодные пальцы вцепились в подбородок и приподняли голову. — Помнишь, совсем недавно ты так же измывался над эльфийкой? Прижал её к дереву, грозился убить, а в итоге превратил в… это. — Резкий разворот, удар кнутом, и Убийца повисла на перекинутой через ветвь Перводрева Материи. Иссушённая дёргалась, пытаясь вырваться, но куда ей тягаться с почти вознёсшимся?