– Это повеление чати, моя госпожа.

– Та-а-ак… – протянула раздражённо, прикрыв рукой глаза, – идём к повелителю. Нужно всё выяснить.

Зубери поднялся и с поклоном пропустил меня вперёд.

– Супруг знает, что меня не было всю ночь? Что здесь происходило?

– По приезду повелителя сразу же отправили в покои и приставили лекаря. Не найдя у него повреждений, но дабы избежать волнения, ему дали маковых капель, а чати потребовал расследовать происшествие. Как узнали, что кони в упряжке были новые и оказались подарком Аапехти, того сразу же схватили и заперли.

– Что-то ещё удалось узнать?

– Великий Управитель настаивает на скорейшем суде и казни.

Я поражённо остановилась.

– Зачем это ему? Ведь он сам был свидетелем произошедшего!

– Не знаю, божественная. Эту информацию мне так и не удалось получить.

Кивнув, проследовала дальше. Охрана у комнаты супруга попыталась остановить Зубери, но, услышав мой злобный рык, отошла в сторону. Просто следом вошли ещё несколько телохранителей, остановившись в паре шагов за его спиной.

Тутанхамон спал. На мой голос и потряхивание он никак не реагировал. Получается, настойка из маковых капель всё ещё действовала. И это было нехорошо. Либо дали очень много, либо ночью добавили. Выходит, хотели, чтобы он не мешал. Вот почему на мои поиски никого не отправили.

– Срочно приведите лекаря Неби! – повернулась к эбонитовому воину, что стоял за спиной храмовника.

Тот согнулся в поклоне, но не тронулся с места, что-то гортанно прошипев молодому нубийцу, находившемуся у двери, который, кивнув, бросился исполнять поручение. Ну что ж, у них тут своя иерархия.

Я же попыталась продолжить побудку. Побрызгала на мужа водой и даже немного пощипала. Результат был нулевым

– Узнай, где будет заседание суда и когда, – обратилась к Зубери. – Пусть срочно подготовят для меня носилки.

Храмовник молча поклонился и, резво пятясь, покинул комнату.

Минут через десять явился лекарь. После ритуала с коленопреклонением и «целованием» пола он, наконец, приблизился.

– Уважаемый Неби, вы можете заставить повелителя очнуться?

Осмотрев зрачки пациента и пощупав его пульс, лекарь ненадолго задумался.

– Мне понадобится как минимум час или чуть больше. Вам же нужно, чтобы божественный не просто открыл глаза, но и мог нормально реагировать?

– Да, он нужен мне в полном сознании.

В этот момент появился Зубери, сказав, что всё готово к моему отъезду. Кивнув ему, повернулась к телохранителям.

– Как повелитель очнётся, скажите, что жду его в суде. И если узнаю, что вы специально медлили… – прищурившись, посмотрела на воина, которого посчитала на сегодня главным. – Лучше вам не познавать мой гнев.

Мужчина, на лице которого не дрогнул и мускул, встал на колени, уперев голову в пол.

– Всё будет исполнено, царица, – глухо проговорил он.

Кивнув, поспешила на выход.

В паланкине заметно нервничала. Не думаю, что они прямо сейчас проведут казнь, но и положению Аапехти не позавидуешь. Так что, чем быстрее я его вытащу, тем лучше. Бодаться с дедом, конечно, не хотелось. Будет слишком показательным моё отношение к жрецу. Но другого выхода нет.

В сопровождении своих телохранителей медленно вплыла в зал храма, который и прошлый раз использовался для суда. Ба поделилась воспоминаниями, что в столице царский суд происходил прямо на небольшой площади перед дворцом, куда выносились позолоченные кресла.

Анхесенамон на нём присутствовала очень редко, только на показательных. Да и сам царь даже после совершеннолетия был нечастым гостем судилищ. Лишь недавно Тутанхамон потребовал полного вникания в дела государства.

Увидев меня, чати не смог удержать лицо. Что-то на нём промелькнуло, но он тут же взял себя в руки и приторно улыбнулся. Сделав неглубокий поклон, произнёс:

– Приветствую тебя, моя царица! Божественной супруге повелителя нужна какая-то помощь?

Я же искала глазами Аапехти. Найдя его в окружении меджаев, нахмурилась. Жрец выглядел плохо. Грязный, осунувшийся, с фингалом под глазом и без парика, он отрешённо смотрел в пространство.

– Почему мой смотритель благовоний здесь? И в таком виде?

– Кто? – изумлённо спросил дед, часто моргая.

– Мой смотритель благовоний!

Чати переглянулся с несколькими, можно сказать, пожилыми и упитанными судьями, часть из которых явно были жрецами.

– Подсудимый не сказал об этом.

– Как он вообще оказался им? Да и как вы посмели судить моего человека в моё отсутствие?

– Его обвинения слишком тяжелы, царица, – со вздохом заявил дед, – и мы не знали, когда вы вернётесь.