Лимонов задумчиво крутил усы, наблюдая за слаженной работой экспертов.

– Андрон Маркович, – прервал его Свиридов, – я отправил Бирку панораму места происшествия. Он обещал позвонить вам по «скайпу», как освободится.

Полковник кивнул и, повернувшись к приближающемуся Смирнову, сказал:

– Петя, излагай. Замминистра ждет доклад.

– Жертва – женщина лет двадцати. Брюнетка. Голубые глаза. Судя по туловищу, у нее средний рост. Шея сломана. Руки отсутствуют. Тело приклеено к дереву, придется вести в таком положении в грузовой машине. Все что мы обнаружили рядом с трупом – окурок, фантик от батончика и лекарственная упаковка – принадлежали охотнику, что нашел тело. Вот только он врет.

– В смысле?

– Может, он и охотник, но навряд ли тут есть зверье. Если оставить труп в лесу хоть на пару часов, вокруг тела начинается пиршество. Набегают скопом: грызуны, хищники, насекомые, птицы, а тут ничего. Мы не нашли следов мелкого зверья. Ты видел, сколько у корней крови? Звери чувствуют запах разложения за несколько километров.

– А если он совсем недавно оставил жертву? Прямо перед приходом охотника?

– Тело в таком положении находится минимум шесть часов, возможно, даже дольше, так как в овраге ночью была минусовая температура. Я расширил периметр – тоже ничего, как аномальная зона. Кстати, здесь нет птиц.

Вспомнив, что именно так об этой местности отозвался помощник замминистра, Лимонов прислушался. Действительно, птиц не слышно.

– Нам только мистики не хватало.

– Я, конечно, не профайлер, но, думаю, Расмус тебе скажет то же самое: это сделал не ученик Химика. Это сольный проект.

– Ишь ты. Почему так решил?

– Все ученики Химика были небрежны, в их «работах» не было утонченности и терпения. Все делалось впопыхах и тяп-ляп. А этот убийца – эстет. Во всем чувствуется дотошность. Я осмотрел места примыкания тела к дереву – тончайшая работа. Он явно в этом спец. Убийца – скульптор или декоратор в киностудии. Возможно, таксидермист. Он филигранно работает как с плотью, так и с деревом.

Полковник закурил и выпустил струю дыма. Огляделся, хмыкнул и в полголоса сказал:

– Птицы не поют, зверушки не бегают. Туман, сквозь который собственных ног не видно, и ветра нет. Как же все это интересно. Ладушки-бабушки, – Лимонов затушил сапогом сигарету и пошел к ручью. – Ты продолжай осмотр, Петя. Мне нужны ответы. Где он ее убил? Здесь или принес уже в таком виде? Когда убил? Как сюда привез? Это махина весит не меньше семидесяти килограмм. И не стесняйся, бери грабли, совки, чего тебе там надо, сгребай все в мешки. В лаборатории просеют и разберутся, что в мусор, а что в улики.

Петр Алексеевич вернулся к экспертам и озвучил приказ шефа.

Лимонов пошел по камням вверх по ручью. Чем дальше он уходил от деревни, тем сильнее нарастало чувство тревоги. Полковник постоянно оглядывался и вслушивался в звенящую тишину. Ни шелеста листьев, ни журчания воды. Даже звуки собственных шагов были приглушенными, словно он ступал еле слышно. Лимонов похлопал в ладоши. Звук, будто в комнате, обитой мягкими панелями.

На обратном пути полковник позвонил Ивану и попросил послушать, не будет ли слышен его крик. Потом набрал в легкие воздух и со всей силы закричал. Прошла минута, Иван не звонил и тогда Лимонов снова набрал его номер.

– Слышал крик?

– Нет. А вы что, уже кричали?

Полковник свернул к месту происшествия и увидел всю группу.

– Звуки блокируются. Ори, не ори, тебя никто не услышит. Где Решетов?

– Вернулся к машине перекусить.

– Пораспучило живот – знать неправдою живет. Сейчас я ему устрою завтрак, ядрена мать. Ваня, не забудь запустить свою вертушку. Поснимай тут все с высоты птичьего полета.

– Квадрокоптер с камерой, – уточнил Свиридов.

– Ага, – Лимонов вышел на тропинку и набрал номер замминистра.

Москва, ТТК

Из-за аварии третье транспортное кольцо стояло в обе стороны. Пробка растянулась на несколько километров. Водители нервничали, то и дело раздавались нетерпеливые гудки. Кира посмотрела в зеркало бокового вида и увидела через две машины красный седан Майи.

– Давно Майя работает на Бирка?

Алан пожал плечами и отвернулся, давая понять, что эта особа его не волнует, но Кира не сдавалась.

– Когда ты ее впервые увидел?

– Примерно месяц назад.

– Симпатичная. Кто она по профессии? Какой у нее опыт?

– Я не спрашивал. Она в основном с Громовым общается.

Кира решила позже расспросить Ивана, координатор группы наверняка знал больше, и перевела разговор на тему, в которой Алан точно осведомлен:

– Как там Нина?

– Ее уволили.

– Как уволили? – от неожиданности Кира аж подпрыгнула. – Из-за чего?

– Она что-то с Бирком не поделила. Кстати, она просила тебя ей позвонить, как вернешься.