Чтобы быть в полной безопасности, нам придется ехать на спине Вал как двум детенышам коалы. В противном случае, одного шага в сторону хватит для того, чтобы нас кто-нибудь сцапал. Меньше всего мне хотелось провоцировать древних вампиров. И уж тем более не хотелось стравливать их с Вальтерией. Она хоть и не считает себя одной из них, но против собратьев выступать тяжело. И, если начистоту, то очень неправильно.

– Если остановимся, то потеряем след. – Вампир опирается рукой на шершавый ствол и задумчиво смотрит куда-то в сторону.

– Скоро закат. Если пойдем дальше, то потеряем что-нибудь из конечностей, – ворчу я.

– Не поспоришь. – Вал вздыхает и потирает пальцами виски. – Однако попробовать все-таки стоит.

3

Мы движемся вдоль устья реки, постоянно принюхиваясь и стараясь не сбиваться со следа. Небо окрашивают багровые потеки заката, день неумолимо клонится к ночи. Воздух становится тяжелым и влажным, холодея в наступающей темноте.

Я иду впереди всех, устало переставляя ноги и сжимая в ладонях лямки рюкзака Эстер. За мной едва поспевает выбившаяся из сил девушка, а замыкающей остается Вал. Настороженно поворачивая голову, она все время держит нос по ветру. Мы договорились, что, если мятный дух станет сильнее, она обязательно сообщит, и мы попытаемся свалить с чужой территории как можно быстрее.

– Эти… они… тащили Терри по деревьям? – полушепотом спрашивает Эстер.

– Все в порядке, – заверяю я. – Ему не причинят вреда.

– Почему ты в этом так уверен?

Устало пожимаю плечами и продолжаю идти вперед. Разочарованно вздохнув, девушка снова отстает на два шага и больше не пытается задавать никаких вопросов.

– Как думаешь, далеко еще? – спрашиваю я, оборачиваясь к Вал.

– Еще немного, и мы их нагоним. – Вампир резко втягивает носом воздух. – Но надо быть осторожнее. Опасность обычно приходит оттуда, откуда не…

– А-А-А-А!

Что-то адски крепко стискивает мою ногу. Обрушившись на левое колено, впиваюсь пальцами в пострадавшую лодыжку, судорожно нащупывая причину обжигающей боли.

– В чем дело?!

Вал в одно мгновение оказывается рядом и присаживается передо мной на корточки. Раздвинув заросли высокой травы, вампир тихо чертыхается себе под нос.

– Медвежий капкан, черт бы его побрал, – выдавливаю я. – Умоляю, сними его!

– Сейчас… потерпи.

Ухватившись за мощные железные створки, сомкнувшиеся на моей лодыжке, Вал с силой тянет их в разные стороны. Капкан раскрывается со страшным скрипом, словно громадная хищная пасть. На кончиках железных зубцов поблескивают багровые потеки крови.

– Чтоб этих браконьеров вши заели, – сиплю я. – Как же вы вовремя со своей хренью посреди леса!

С отвращением отшвырнув ловушку в соседние кусты, Вал слегка подтягивает мою поврежденную ногу поближе и низко склоняется над раной. Пальцы бережно пробегают по коже.

– Бруно, ты как? – испуганно спрашивает Эстер.

– Бывало лучше. – Я морщусь, когда вампир дотрагивается до стекающей капельки крови кончиком пальца. – Нога в хлам, да?

– Отделался скверной раной, которую нужно срочно обработать. – Рихтенгоф поднимается на ноги и одергивает куртку. – У капкана какой-то странный сплав, его ставили не на медведя.

– Прости, – шиплю я, подтягивая к себе раненую ногу. – Опять я под ноги не смотрю.

– Ты здесь вообще не при чем. Если быстро очистим повреждение и наложим лечебную повязку, то воспаления удастся избежать.

– Где мы ее посреди леса возьмем?

– Травы, – коротко отвечает вампир. – Пока меня нет, разведите большой костер. Как можно быстрее.

– Большой костер? – растерянно переспрашивает Эстер. – Ты уверена?

– Абсолютно. – Вал непреклонна. – Только огонь отпугивает… этих существ. Без меня вы будете в опасности.

– А…

– Я скоро вернусь.

Она не дает Эстер продолжать расспросы, резво растворившись в темных зарослях. Обескураженно хлопая глазами, девушка застывает на месте, словно забыв, где находится.

– Давай быстрее раздуем здоровенный кострище. – Я морщусь и пытаюсь подняться на раненую ногу. – Ах ты черт!

– Бруно! – вскрикивает Эстер. – Даже не вздумай! Оставь в покое свои конечности, я сама!

Подскочив с места, она принимается торопливо собирать сухие ветви и сучья для костра. Сложив их в аккуратный шалашик, девушка извлекает из рюкзака пару газетных листов.

– Ты в порядке? – осторожно спрашиваю я, глядя на то, как лихорадочно Эстер чиркает спичкой.

– Нет, – дрожащим голосом отвечает она. – А должна быть?

– Прости. – Я опускаю глаза. – Но от правды тебе легче точно не станет.

Раздраженно отшвырнув рюкзак в сторону, Эстер молча продолжает чиркать спичкой, и в темноте, наконец, загорается красноватая вспышка костра. Не в силах смотреть на резкую смену освещения, я зажмуриваюсь. Закончив возиться с огнем, девушка устало опускается на траву и прячет лицо в ладонях.