Ветерок доносил горечь цветущей сирени, журчал в буйной поросли ручей. Рэми стоял на округлой поляне, пропускал меж пальцев синие всполохи, рисовал в воздухе яркие, быстро исчезающие руны. Мягкий свет ласкал его синие, не белоснежные, но пошитые на виссавийский манер одеяния, томила болью повязка на его глазах, напоминая о недавнем ранении. Нар бы не мешал ему, но...

— Почему пришел ты, а не Лиин? — ровно спросил Рэми, даже на миг не отрываясь от своего занятия. — Почему ты не с моим братом?

— Твой брат должен был уйти в Кассию по делам рода. Я плохой маг и целитель, а он еще слаб, мы подумали...

— Почему не доложили? — так же ровно перебил его Рэми.

Значит, за уход Лиина не злится. Это хорошо... Лиин знал, какую отговорку придумать для своего архана.

— Ты спал еще, мой архан, мы не хотели тебя будить.

Никто же не знал, что ты встанешь ни свет, ни заря, сам, без помощи хариба, оденешься, и пойдешь на тренировку.

— Хорошо. Принеси книгу, которую я оставил на столе. Не используй перехода, не трать силы. Почитаешь мне...

— Может, я, — начал присматривающий за Рэми старец.

— Нар почитает, ты проследишь за тем, чтобы руны были нарисованы правильно.

«Хорошо, хоть о телохранителях не спросил», — подумал Нар, бесшумной тенью скользя по коридорам замка. Дозорные пропускали без лишних вопросов, свет лился через стрельчатые окна, рисуя на полу широкие полосы, все так же бушевало вокруг безмятежное, застывшее в медовом мареве, такое чужое теперь лето. Уже с найденной, тяжелой книгой, Нар почти бежал по галерее над внутренним двориком, когда...

Он шагнул за колонну, осторожно посмотрел вниз, туда, где неловко суетились вокруг арки перехода виссавийцы, и легким всплеском магии позвал одного из стоявших у дверей дозорных. «Скажи Илеразу, чтобы он это проверил, — приказал Нар, и, получив вежливое «да, мой архан», поспешил дальше. Может, не надо вмешиваться в дела виссавийцев? Но пока принц, Арман и Рэми в этом замке, Нар будет вмешиваться во все, что может касаться безопасности его арханов. «Я проверю», — прилетел ответ от Илераза, когда Нар уже почти добежал до терпеливо ожидавшего его Рэми.

***

Что-то дивное он почувствовал далеко не сразу. Лес заливал солнечный свет. На поляне, среди буйства васильков и ромашек, Рэми повторял за учителем плавные движения, задумчиво рисовал глупые, никому не нужны руны, а Илераз сидел на суку растущего у поляны дуба и всеми силами старался не заснуть.

Скучно. Шелестит ветвями дубрава, наблюдает множеством любопытных глаз за заклинателем, а глупый виссавийский учитель не понимает, что Рэми не нужны эти уроки. Что он не учится, а скорее дышит в такт с окружающим лесом, улыбается той самой улыбкой, с какой исцелял и убивал словами, будто успокаивает окружающую его пряным шлейфом силу.

За таким надо присматривать? В Виссавии, где его любит каждая травинка? С дуба бы не сверзиться со скуки.

Спасение пришло как-то неожиданно, мягким вопросом от охранявшего замок дозорного. Можно было, по сути, послать кого-нибудь из людей, посноровистее, но Илеразу так надоело наблюдать за плавными тренировками Эррэмиэля, так хотелось найти причину отсюда сбежать, что он решил сходить в замок сам. Приказал молоденькому, но сообразительному магу остаться возле телохранителя, нашел внутренним взором позвавшего его дозорного, и, зевая на ходу, появился на обрамляющей маленький внутренний двор галерее.

Сонливость прошла как-то сразу, после одного взгляда вниз. Двор порос травой, репейником и крапивой и, заходили сюда, скорее всего, редко. Даже кассийский дозор у дальних дверей выставили лишь потому, что отсюда можно было войти в коридор, смежный с покоями Эррэмиэля... и не пробегай тут Нар, вряд ли бы кто сюда и заглянул.

А глядеть было на что: посреди двора, на пятачке смятой травы, двое виссавийцев отчаянно пытались создать переход. Наверное, это не удивило бы, если бы на одном из виссавийцев не были коричневые одежды и если бы пояс его не был шириной в ладонь... Нар прав. Дивно это, когда старший хранитель грани, подобно простому ученику, не умеет поставить перехода. Да и зачем переход, для кого? В таком месте, в замке Арама. Виссавийцы старались появляться тут как можно реже, чтобы не тревожить и без того запутавшегося наследника и не сталкиваться с чужими и непонятными для них кассийцами.

— Поспеши! — закричал на виссавийском второй, в фиолетовом. Хранитель вести, а психованный, как ребенок. Магу таким быть нельзя, снесет все к теням смерти, такого надо держать подальше от раненного Эррэмиэля. — Хочешь все испортить? Давай, сейчас будет поздно!

Переход встал почти ровно, наполнился бурым туманом. Тот, в фиолетовом, на миг исчез в тумане, вернулся и довольно выпалил:

— Все готово! Идем искать этого целителя судеб!

«Этого целителя судеб»? Это они об якобы обожаемом всей Виссавией наследнике? Забавно! Илераз скользнул в тень колонны и поняв, что эти придурки Рэми искать будут еще долго, приказал присматривающему за телохранителем человеку быть бдительнее, отправил к нему еще парочку дозорных (для этих тщедушных виссавийцев хватит) перемахнул через перила и плавно опустился возле арки. Он осторожно набрал на пальцы немного бурого тумана, чуть к нему принюхался... пахнет нагретой солнцем землей. Обычная сила хранителя грани... а переход... Илераз приложил к переходу обе ладони, прислушался к вихрям вьющейся меж пальцев силы, и вздрогнув, отпрянул: проход вел в Кассию. В нехорошие, неконтролируемые и соседствующие с темными землями леса.