Неприметную дверцу в самом углу дома хорошо маскировали светлые камни, словно заплатки, сиявшие на бежевом фасаде. Девушка подозревала, что они и придают сияние фасадам, когда солнечные лучи освещают все вокруг.

Саша открыла дверь и чуть не свалилась со ступеньки, потому что галерея расположилась ниже уровня улицы. Магазин оказался маленьким, узким и темным. Несколько картин, попавших на глаза, были миниатюрами в богато украшенных рамах, выставленными в витрине, как кольца в ювелирном магазине. XIX век, Германия – гласили крохотные таблички.

Дверь в задней части открылась, и появился высокий мужчина с куцей бородкой.

– Con tutto l’attenzione, signora, внимательно слушаю! – Он лениво натягивал пиджак, всем видом давая понять, что Саша ошиблась дверью. Даже не поздоровался.

– Я пришла по поручению полковника карабинеров Никколо Скарфоне из Рима. У меня к вам несколько вопросов.

– Синьора, надеюсь, карабинеры не подозревают меня в торговле краденными предметами искусства!

– Нет, синьор, – тут Саша не удержалась, и добавила, – пока нет.

– Всегда готов помочь властям. – Улыбка превратила хозяина галереи в добренького деда Мороза.

– Вы владелец?

– Конечно. Альдо Ломбарди, к вашим услугам. Что вы хотели узнать?

– Синьор Антонио Фальетти был вашим постоянным покупателем?

– Да, конечно! Он всегда заходил сюда, когда был в городе, чтобы узнать, нет ли у меня интересных для него вещей. Я показывал ему миниатюры в витринах, картины, но он не всегда что-то покупал. Но почему вы о нем спрашиваете?

– Дело в картине, которую синьор Фальетти собирался подарить монастырю Сан Джузеппе. Нам известно из его документов, что он приобрел картину у вас. (А я прямо взаправдашний карабинер, научилась за столько-то лет!– подумала про себя Саша. Собственно, адвокатский опыт работы в судах о том же, как ни крути).

Конец ознакомительного фрагмента.