Как же давно она не видела эти розовые городки, ярусами спускающиеся с горы Монте Суббазио! Издалека они казались каменными крепостями крестоносцев посреди пустынь и засушливых степей – камень горы, камень средневековых борго, камень лестниц вместо улиц и камень мостовых.

И лишь войдя в древние ворота ты понимаешь, почему Умбрию зовут зеленым сердцем Италии.

Дело не только в лесах, покрывающих горы, но и в море зелени и цветов, обрушившим свои волны на древние стены ее средневековых городов. Хотя почему средневековых? На воротах Спелло написано, что это «великолепнейшая колония Юлия», а булыжник на его дорогах сохранился со времен Древнего Рима. Римский Hispellum до сих пор жив, хотя давно пала великая империя.

Или взять Ассизи… Легенда связывает происхождение города с Дардано, мифологическим персонажем, основавшим греческий город Троя. Он заложил Ассизи за восемь столетий до Рима и, воздавая должное Афине, богине войны и мудрости, построил храм в ее честь. Тот самый храм, который до сих пор стоит на главной площади и называется Santa Maria sopra Minerva – «над» Афиной, которую в итальянском варианте зовут Минервой.

Сашин автобус пришел на площадь Объединения Италии, откуда видны были и крыши Ассизи, и ближайшие городки, а дальше открывалась вся долина и горели розовым пламенем крепостные стены Спелло.

Много лет назад в Спелло Саша познакомилась с маленьким маркизом, спасшим ей жизнь. Не удивительно, что маркиз стал ее близким другом и теперь она приглашена отпраздновать вместе самый важный день в его жизни. Почему маленьким? Девушка с первой встречи прозвала так про себя Клаудио дель Фоско ди Монтеферрано, маркиза Бальони, потомка свирепых правителей Перуджи. Предки были настолько кровожадны, что держали в страхе всю Умбрию. А вот потомок… Маркиз в прыжке доставал ей до плеча, обожал крохотные старинные автомобильчики, куда Саша вдвое сложившись и то не влезала, а еще больше – безумные сочетания пиджаков и брюк, в которых главная роль всегда отводилась лимонному цвету. Даже к смокингу, когда разгул фантазии невозможен, он умудрялся надеть лимонную бабочку.

Девушка давно подозревала, что между маркизом и ее несостоявшейся свекровью графиней Аделе делла Ланте не просто дружба. И не ошиблась! Ей первой маркиз признался, что элегантиссима (и вредниссима!) Аделе в конце концов приняла его предложение руки и сердца.

И вот пара собрала самых близких друзей провести неделю в одном из самых известных умбрийских городков.

Казалось бы, неожиданный выбор. Но римлянка до мозга костей Аделе делла Ланте никогда не согласилась бы выходить замуж в Перудже. А потомок правителей столицы Умбрии ни за что не женился бы в Риме. Компромисс неожиданно нашелся: Умбрия, что важно для жениха – и конкретно город Святого Франциска, на что не сможет возразить невеста.

Но почему же поздняя осень, спросите вы. Понятно, что свадьбы традиционно играют по завершению уборки урожая, но не в ноябре же!

Все дело в очаровании и… в пустоте.

Что приходит в голову искушенному путешественнику при слове Умбрия? Деревня мечты на гребне холма, состоящая из средневековых домов, узких улочек, застывших во времени и художественных шедевров. Но очарование быстро тает, когда улочки запружены туристами, к шедеврам не прорвешься, и умение проталкиваться через толпу становится важным навыком любого приезжего. Зато в ноябре люди исчезают с улиц Ассизи, словно их унес порыв осеннего ветра. Даже паломники, которых здесь большинство, рассеиваются, собираются с силами для нового набега на город Святого Франциска ближе к Рождеству.

Добавьте сюда дым из каминов с запахом горячих поленьев, виноградные лозы, которые обретают в ноябре пурпурные краски, точь-в-точь роскошные вина Монтефалько, отражение разноцветной листвы в спокойных водах озера Тразимено, звон колоколов старинных церквей, чьи мелодии смешиваются и тают в прозрачном осеннем небе – и вы поймете, почему для свадьбы выбран именно ноябрь.

– Мы уже не молоды, осень – это состояние нашей души, – кокетливо, но слегка печально объяснила графиня.

Саша с этим никак не могла согласиться, ведь в душе маленького маркиза всегда буйствовало лето, а сейчас, когда женщина его жизни приняла руку и сердце, там расцвела весна.

Русская девушка не случайно оказалась в самом близком кругу графини делла Ланте. Сначала миновала опасность, что девушка превратится в невестку блистательной графини, выйдя замуж за ее сына, полковника карабинеров Никколo Скарфoне, затем она дважды спасла подруг графини, одну от привидений в замке, другую от греха совершения убийства, а затем… ох, об этом даже вспоминать не хотелось…

Интеллигентный, воспитанный, уравновешенный Никколо превратился в базарную бабу, услышав, что мать собралась замуж, да еще и венчаться надумала. Ни мать, ни дед, граф делла Ланте Сальвиани, девяносто пяти лет от роду, ничего поделать не могли.

Никколо воспринимал второе замужество матери как предательство памяти отца, умершего лет пятнадцать назад, изощрялся в оскорблениях по поводу венчания, возмущался, почему нельзя было просто жить вместе, зачем позориться перед толпой народа на старости лет? Он называл маркиза фигляром и не слышал увещеваний своего уважаемого деда. Старик граф заикнулся, что теперь Аделе делла Ланте станет не только графиней по происхождению, но и маркизой в браке, поднявшись на одну аристократическую ступеньку вверх. Это сыграло роль красной тряпки: значит отец, простолюдин, хоть и генерал карабинеров, не был достоин брака с его матерью?