Двери закрылись. Мы отправились в путь – прочь от мерзких наставниц, в Дублин, где играет музыка и поет великолепная леди Эллин, в Дублин, где продают сладости и устраивают представления бродячие кукольники.

В электробусе было тепло, мимо пролетали ветвистые деревья и редкие здания нашего захолустья. Я села на пустую скамью и взглянула в окно на мрачное серое небо, затем закрыла глаза и улыбнулась. Из окна в лицо дул прохладный ветер, а сердце наполнялось радостным предчувствием.

«Глупая, глупая Марго, – шептал внутренний голос, – зачем ты обманула старуху Крисли и пропустила воскресную службу? Мисс Росс жестока, она не даст тебе спуску».

И все же я была бесконечно счастлива! Плевать на настоятельницу! Меня ждут приключения, большой красивый город, запах выпечки и дорогого парфюма!

А вдруг я встречу на ярмарке великолепную Эллин! И получу у нее автограф…

Я тут же представила, как несравненная дива ставит подпись на листе из блокнота и с улыбкой протягивает его мне, а рядом с ней стоит тот молодой господин с мрачным взглядом. От них обоих пахнет чем-то неземным, совсем другой жизнью – накрахмаленными рубашками, дорогими вещами и бесконечным праздником, из которого состоит воскресный Дублин.

И все же, вспомнив лицо молодого господина из газеты, я вздрогнула. Отчего-то он показался мне знакомым. Мы где-то встречались?

В эту минуту рядом со мной сел незнакомец в серой шляпе, тот самый сосед с остановки.

Он обернулся ко мне неожиданно резко и принялся внимательно разглядывать мое лицо.

У него был крючковатый нос, тонкие губы и пристальный взгляд, делавший его похожим на хищную птицу.

Незнакомец протянул мне что-то белое:

– Возьмите. У вас кровь из носа.

– О, спасибо.

Я схватила платок и поднесла его к лицу. Белая ткань тут же окрасилась в красный.

– Не стоит волноваться, – равнодушно сказал он. – Юным девицам свойственны излишние эмоции, отсюда – скачки давления. Просто запрокиньте голову.

– Хорошо, мистер…

– Барри Хеббер, – господин снял шляпу. – Едете в город? Что ж, в воскресенье там весьма занятно.

– Да, хочу попасть на ярмарку и в архив.

– В архив? – Он склонился над моей головой. – Стало быть, что-то ищете или… кого-то? Пронзительные глаза-бусины сузились, и мне стало не по себе. И зачем я заговорила с этим странным типом?

– Д-да, я из приюта святой Марты, хочу отыскать родителей.

И тут незнакомец рассмеялся. У него был неприятный смех, похожий на карканье вороны.

– Что тут смешного?! – Не выдержала я.

Барри Хеббер явно не располагал к себе. Надеюсь, мой будущий муж не будет похож на этого противного господина!

– О, нет, ничего. Просто, иногда лучше не искать то, чего нет. Вы ведь воспитываетесь в приюте с рождения, Марго? – Хеббер задумчиво взглянул в окно, а потом перевел взгляд на мое раскрасневшееся лицо.

Я смутилась и с вызовом ответила:

– Да. Меня нашла настоятельница у приютских дверей.

Хеббер с улыбкой кивнул и произнес:

– Значит, все в порядке. Веселитесь на ярмарке, Марго, как в последний раз, пейте пряный херес и танцуйте под песни уличных музыкантов.

Мне стало совсем тревожно. Что-то жуткое было в этом господине. От него пахло опасностью, и он…

– Постойте! Откуда вы знаете мое имя? – Я развернулась к нему и увидела рядом с собой пустое сидение. Старуха, спавшая напротив, открыла глаза и укоризненно покачала головой, проворчав «даже здесь нет покоя».

Куда делся Барри Хеббер? Он ведь только что был тут. Неужели человек в серой шляпе растворился в воздухе?

Радостное предвкушение праздника куда-то исчезло, на смену ему пришла необъяснимая тоска.

Я начала нервно теребить рукав старого пальто.

Наставница говорила, что господь бережет от нечистой силы тех, кто молится на воскресной службе. И зачем я ее пропустила!

А может, незнакомец мне просто привиделся? Вдруг я уснула, и это был дурацкий сон?

В электробусе объявили станцию Амьен. Я с удивлением взглянула в окно и увидела аккуратные дома Дублина. Неужели мы уже приехали?

На остановке толпились люди в праздничной одежде, женщины в нарядных шляпках и их спутники в тонких кожаных перчатках.

Я быстро прошла в узкий переулок, туда, где виднелось уродливое здание городского архива. Под ногами блестела вода. В глубине души мне стало жаль, что я уже не малолетка, которая может мерить лужи в резиновых сапогах.

В лужах отражались башни архива.

Я перевела взгляд на серую громадину. Сердце пропустило пару ударов. Вдруг сейчас мне пришел ответ?

И у меня появятся родственники. Наконец-то. Быть может, где-то в королевстве живут мои тетя и дядя, старая бабушка или двоюродная сестренка. Господи, я буду рада кому угодно, лишь бы не быть одной в этом огромном мире мрачных приютов и сияющих городов.