Шрифт:
— Да я, оказывается, под надёжной охраной! — подытожил Орэн, проскользнув по девушке взглядом.
— Тоже скажешь, — парировала Марена. — Кто у нас тут маг?
— Да какой из меня сейчас маг, — помрачнел Орэн, и Марена быстро сменила тему:
— Идём повозку искать.
Она прошла мимо Орэна и зашагала по улице в сторону северо-восточных ворот, попутно замечая, что Орэн всё ещё бледен и одет совсем не по погоде: в полностью расстегнутую лёгкую кожаную куртку, рубашку, тонкие штаны и сапоги.
— Мне нужна помощь, — донеслось до неё сзади.
Марена резко обернулась, готовая подхватить друга, но, увидев хитрую улыбку, вспомнила, с кем имеет дело.
— Если ты меня обнимешь, то я смогу идти намного быстрее!
Она лишь закатила глаза, громко вздохнула и пошла дальше по улице.
— Ладно-ладно! — взмолился Орэн. — Иду я, иду! Пожожди–и-и.
Он быстрым шагом догнал Марену и поравнялся с ней. От резкой физической нагрузки его дыхание сбилось, и он часто неприкрыто задышал.
— Ну что, мир? — спросил он, наконец отдышавшись.
— Просто молчи, — не оборачиваясь ответила Марена. — Иначе дальше пойдешь один.
Орэн больше ничего не сказал, но продолжил идти рядом.
«Наверное, нехорошо так думать и желать людям зла, но молчаливым он мне нравится намного больше! — погрузилась в свои мысли Марена, нервно сжимая рукой лямку заплечной сумки. — Будто передо мною два совершенно разных человека. Это невыносимо! И зачем я сама предложила это путешествие… Отвертеться теперь будет некрасиво, но и слушать его дурацкие шуточки ещё несколько недель… Стоп! Нравится?! С каких пор он мне нравится?!»
«С тех самых», — ответил её внутренний голос, и Марена вспомнила, как впервые подумала, что он красивый, как ухаживала за ним первые два дня после его внезапного появления у них на пороге, и как по-детски радовалась, когда он согласился на её предложение идти в Рейнвест.
Когда Орэн наконец смог не шатаясь передвигаться по комнате Лили, он расплатился с Камилой за лекарство и ушёл к себе домой, но обещал быть готовым к путешествию через два дня.
«Хоть бы поблагодарил!» — вдруг вспомнила свою последнюю обиду Марена и украдкой взглянула на Орэна — он шёл рядом, как ни в чём ни бывало, и улыбался прохожим… Девушкам.
«Наверное, то была жалость… Обычная человеческая жалость!» — решила Марена и разжала пальцы на лямке сумки, прогоняя странные мысли прочь.
Переулок, по которому они шли, упирался в широкую центральную улицу в нескольких кварталах от нужных им ворот. Если они не хотели топать пешком до самого Рейнвеста, то это было отличное место, чтобы найти себе попутчиков.
— Извини, что прерываю обет молчания, — серьёзно начал Орэн. — Но прошу подождать меня здесь, пока я договорюсь о попутке.
— Согласна, — кивнула Марена и отошла с середины дороги под стену ближайшего дома.
Орэн посмотрел на Марену и уж было открыл рот, чтобы ещё что-то сказать, но лишь прикрыл рот рукой, улыбнулся и, резко развернувшись на месте, не спеша пошёл на другую сторону центральной улицы.
«Шут, да и только!» — подумала Марена, смотря ему вслед.
Орэн шёл хоть и медленной, но достаточно уверенной походкой. Даже Марене сложно было бы поверить, что этого человека прямо сейчас выжигает изнутри неведомая сила, не знай она правды.
«Неведомая?» — снова поймала себя на мысли Марена, чтобы отвлечься от скучного созерцания толпы. К Карате она уже давно привыкла, да и забыла, как оно, когда каждого встречного считаешь врагом или потенциальной опасностью.
«Даже у нас дома мы мало что знаем про Пепел, пусть и знаем откуда он взялся. А местные? Они даже легенд о Сотворении Мира не помнят… Правда, в Гильдии Магов должно быть иначе. Ведь они-то должны понимать, как Пепел работает, если называют себя магами?»
Орэн помахал Марене с другой стороны улицы, всем видом показывая, что он обо всём договорился. Она пошла к нему навстречу, и вскоре они покидали Карату, удобно устроившись на открытой повозке среди мягких тюков со шкурами и тканями.
Часть 4
Глава 7. Легенда
Орэн
Повозку и постоянно потряхивало на засохшей грунтовой дороге. Орэн смог кое-как устроиться поудобнее на мягких тюках, закрыл глаза и позволил себе расслабиться. Отдохнуть. С Лили это было бы сделать сложно. С Мареной — просто. Она его будто избегала, а самое главное — не донимала разговорами. При других обстоятельствах он бы давно заскучал в таком обществе, но сейчас впервые в жизни оценил непреувеличенную силу молчания.