– Жанет! – Женщина позвала служанку, со всех ног бежавшую к ней. Освободившись от мужской руки, Миссис Уайт, тем не менее, ласково поблагодарила за поддержку и медленно побрела в сторону центрального входа в особняк. Вскоре служанка уже участливо помогала своей госпоже. Ричард ещё некоторое время стоял и смотрел вслед удалявшейся паре. Когда женщины отошли уже достаточно далеко, он заметил, как служанка обернулась и, стараясь, очевидно, скрыть истинный предмет своего интереса, окинула взглядом большую территорию.

– Он всё ещё стоит, – пролепетала она, но Эмили Уайт, казалось, не слышала её.

Тем временем, оказавшись в усадьбе, Эмили дала волю своей слабости. Она еле волочила ноги по блестящему мраморному полу огромного холла, который был до того отполирован, что мог легко выполнять роль зеркала.

Добравшись до центральной лестницы, ведущей на второй этаж, она произнесла слабым голосом: – Спасибо, Жанет. Я поднимусь сама, а ты захвати теплой воды и полотенца.

– Да, мэм, – пролепетала служанка и скрылась в лабиринте из комнат.

Эмили продолжала стоять у подножья лестницы, собираясь силами и не решаясь начать восхождение. Она подняла руку и коснулась лба: он показался ей обжигающе горячим. Затем та же рука, скользнув вниз, прикрыла глаза, уже скрытые от света мягким покрывалом век. У Эмили кружилась голова, и боязнь упасть заставила её крепче ухватиться за перила.

В этот момент в холл робкими шагами вошел мужчина. На нем был дорожный костюм, и хотя на лице проступала усталость, мужчина выглядел весьма привлекательно. Только вот в данную минуту этого никто не мог оценить, ибо в огромном холле не было ни души, кроме одинокой женщины, да и то стоящей к нему спиной. Не слишком уверенные шаги и любопытствующий взгляд мужчины выдавали в нем человека, оказавшегося здесь впервые и чего-то искавшего. Или кого-то. Пройдя чуть глубже, он окончательно убедился, что ему не удастся встретить ни одного сгоревшего от желания поприветствовать его существа и уже собираясь уйти, он внезапно увидел силуэт женщины, или вернее, великолепного женского платья, вычерченного на фоне яркого солнечного света, что вливался в холл сквозь крупное окно, расположенное на верхней площадке, где лестница расходилась в разные стороны.

– Простите, – начал он, предварительно оглядевшись и удостоверившись, что ему не к кому больше обратиться.

Реакции не последовало.

– Меня зовут Джефри Оуэн, – чуть громче продолжил мужчина, медленно направляясь в сторону потенциального собеседника. – Я бы хотел видеть господина Кристофера Оуэна. Он мой дядя. Буду очень признателен, если вы … – он подошел почти вплотную к женщине, но она не изменила своего положения, – … если вы… – медленно повторил он и оглянулся. Нет, что-то здесь не так. Когда он вновь повернулся к женщине, она оказалась на пару футов ниже: она падала! Мужчина едва успел подхватить её на руки: «Боже, какая же она легкая! Платье, наверное, весит больше».

Шелест шагов позади него вернул обстановке реальность. Он медленно повернулся и увидел изумленную служанку, которой, ещё немного и, пришлось бы прибегнуть к помощи рук, чтобы удержать глаза там, где они должны находиться. Его вопрос прозвучал буднично:

– Куда нести?

– Сюда, пожалуйста. Только осторожно, Мистер МакСтейн, там крутая лестница.

Через мгновение крутизна лестницы была описана в самых живых выражениях.

– Какого черта, Раян, неужели нельзя было зажечь свет? – эта фраза завершала гневное бурчание, которому предшествовал характерный грохот упавшего тела.

– Да кто бы знал где его зажигать, сэр, – послышалось возражение. Голос выдавал привычку подчиняться. – В этих коридорах ничего не разобрать.

– Далеко ещё? – нетерпеливый и требовательный тон не столько спрашивал сколько выражал недовольство.

– Нет, уже близко.

– Господи! – в отчаянии воскликнул ведомый, – Пятница, вечер, столик заказан, в кои веков я провожу уикенд с девушкой. Целый день я считал минуты. Минуты!!! И тут этот … Сэм, – последнее слово вышло с трудом.

– Мне говорили, вы большие друзья.

– Да я его убью!!

– Тогда уж вам, наверняка, не встречаться с девушками ещё очень долго.

– Ты лучше говори куда идти и … – говорящий спотыкнулся и едва не растянулся на полу, – нет, я его точно убью! – Высказанное решение не оставляло сомнений в его окончательности. Оставшуюся часть пути мужчины проделали молча; один – потея и негодуя от злости, другой – едва поспевая.

Наконец они достигли последней двери и человек по фамилии МакСтейн, с силой распахнув её, ворвался в огромное помещение, заставленное в строгом порядке высокими стеллажами, полными книг. Быстро окинув взглядом всё пространство, он заметил в самом конце центрального прохода двух человек, сидящих за столом. Хотя до них было примерно метров тридцать, одного, из сидящих, он решил поприветствовать уже сейчас.

– Сэм, твою мать! Какого дьявола тебе нужно? Ты посмотри на часы! Ты понимаешь, что ты делаешь? Я рассказал тебе про свои планы вовсе не для того, чтобы ты нашел в них место для себя! – Оратор быстро сокращал расстояние, двигаясь огромными шагами. – Ты только подумай, где сейчас находятся мои мозги! Я бесполезен, разве это не ясно? Я здороваться ни с кем не могу, у меня руки влажные. Я уже снимаю с неё платье, ты это понимаешь? Ну, в чем дело? – последний вопрос был задан практически с полуметра.