Я хоть и смутно, но имела представление об этом месте, правда, больше из анекдота про двухголового мальчика.

– Он устранял последствия техногенной катастрофы, и это подорвало его здоровье, – продолжала Рольгейзер трагическим голосом.

– Но…

– Никаких «но»! Ведь надо как-то заострить внимание твоего будущего мужа на трагической судьбе и диагнозе твоего отца.

– Но зачем?

– А затем, дорогая, чтобы как-то объяснить причины его беспробудного пьянства.

– Чего их объяснять? – недоумевала я. – Он всю жизнь мать терпел…

– Глупенькая, – проговорила она с досадой. – Да как же ты не понимаешь, что твой отец, которого придумала я, приобрел этот недуг не по наследству, а вследствие тяжелых переживаний и болезни…

– То есть чтобы исключить наследственность пьянства по линии отца? – догадалась я. – Но как же проверка?

– А зачем копать про отца, если ты и так уже все рассказала? – ответила она вопросом на вопрос.

– Понятно.

– Теперь о твоей матери, – продолжила Рольгейзер. – Пусть она будет внучкой внебрачного сына фрейлины императрицы Александры, которая была родом из ваших мест. Ты не знаешь, ваш город существовал в начале прошлого века?

Этого я точно не знала, равно как и то, кто такая императрица Александра.

– Тогда пусть это будет деревня, в которой родилась твоя прапрабабушка в результате романа помещика и ее матери…

Я ровным счетом ничего не понимала в генеалогических хитросплетениях своей, только что придуманной родословной, но, со слов Рольгейзер, это было нужно как раз для того, чтобы мой будущий супруг в них тоже не разобрался, но усвоил одно – что я потомок знатных кровей…

Домой я возвращалась сама не своя.

Звонок Наташки застал меня при выходе из метро. Подруга пыталась сказать все и сразу, и оттого у нее это выходило как-то сумбурно.

– Где тебя носит? – с ходу набросилась она на меня. – Я уже такси заказала… Нас ждут с обеда. Почему уходишь и не предупреждаешь?

– Погоди! – осадила я ее. – Можешь по порядку?

– Хорошо, давай сначала, – нехотя согласилась Наташка и спросила: – Ты сейчас где?

– На выходе из метро.

– Какого?

– Нашего!

– Отлично! Стой там и никуда не уходи!

– Почему?

– Приеду, все объясню, – торопилась она. – Хотя постой, а ты как выглядишь?

– Это еще зачем?

– Чего это я? – пробормотала она, и вслед за этой фразой что-то хлопнуло, из чего я сделала вывод, что она остановила машину, а теперь села в нее.

– Ты можешь объяснить, что происходит? – потребовала я.

– У меня батарейка разряжается! – объявила Наташка и тут же сказала: – Будь у киоска с цветами…

Она словно в воду глядела. Я как раз проходила мимо него. Он был здесь один на два выхода и располагался на правой стороне улицы.

Наташка появилась быстро. Причем я сначала почувствовала ее приближение каким-то внутренним чутьем, а потом уже увидела, как она машет мне из машины, раскрасневшаяся и вся такая торопливая.

– Быстрее! Садись!..

– Ты куда меня приволокла? – недоумевала я спустя час, направляясь вслед за ней по дорожке к видневшемуся за деревьями дому.

– Сейчас узнаешь, – заговорщицки пообещала она.

Всю дорогу от метро через всю Москву, а потом по загородному шоссе она интригующе уходила от ответа, куда мы едем. Одно я поняла точно, такси ей кто-то оплатил, и этот кто-то хочет, чтобы она привезла меня. Грешным делом, я даже подумала, что мы едем к Антону, но, вспомнив его обещание хранить нашу тайну, отвергла эту мысль, да и Наташка выглядела чересчур торжественно для такого случая…

Огромный дом в три этажа показался мне замком, и я неожиданно подумала, что поняла, где мы.

– Здесь живет Антон? Твой принц?

– Скорее твой, – интригующе ответила подруга.

Каково же было мое удивление, смешанное с разочарованием, когда в огромной гостиной я увидела Вадика.

Он спускался со второго этажа по лестнице.

– Странно, – вырвалось у меня.

– Что странного? – насторожился он.

– Я думала, ты до сих пор в бегах, – призналась я.

На самом деле я никак не думала. Вадик казался мне мужчиной из той обоймы, что никогда не займет место рядом со мной. Точнее, я не займу место рядом с таким.

– Впечатляет, – похвалила я дом, озираясь по сторонам. – Хотя неудивительно.

– Почему?

– Человек, который крадет по сто миллионов, может себе позволить такие хоромы, – заключила я.

– Ничего я не крал. – Он взял меня за руки. – Нет, крал, конечно, но это было в другой жизни. Теперь я честный бизнесмен.

– Отчего же за честным бизнесменом московские менты гоняются? – спросила я.

– Уже, как и обещал, разрулил. Ошибка вышла в оформлении документов.

На лестнице появилась женщина.