Шрифт:
— А ты мне когда собираешься сказать “да”? — с упреком посмотрел на нее Троицкий и попытался обнять, но она вывернулась и побежала по ступенькам:
— Скоро!
— Завтра?
— Скоро! — уже смеясь, ответила Лера.
— Послезавтра?
— Скоро! — еще пять ступенек, и он уже только слышит ее голос.
— Ладно, послепослезавтра — крайний срок!
Глава двадцать третья
Домой Лера не зашла, а залетела.
Сначала проверила дочку, поцеловав в лобик. Вроде температура спала, отлично.
Ее телефон пикнул, и она подбежала и прошлась глазами по сообщению:
“Поцелуй за меня Лялю и готовься завтра работать. Я тебе предлагаю очень серьезную позицию”
“Хорошо, спасибо, постараюсь ее оправдать” — ответила Лера, улыбаясь.
“Умница. Моя девочка!” — получила она от него ответ.
Внутри Кудряшовой все клокотало и трепетало от восторга! Он сделал ей предложение и ждет ее “да”! А еще назвал “его девочкой”. Это было так мило и так необычно.
Девушка закружилась по комнате в своем любимом вальсе.
Думать о том, почему он утром писал совсем о другом, а сейчас предложил руку и сердце, не хотелось. Интуитивно Валерия понимала, что все эти разговоры про любовь ему не очень легко даются, но додумывать за него, почему он всего за день поменял свои планы, было глупо.
Вот будет время — она обязательно его спросит. А сейчас лучше подумать о том, что ей предстоит переезд к мужчине.
В этих думах она и заснула рядом с дочкой, и проснулась через несколько часов, когда за окном всё ещё было темно.
Сразу же потянулась к Ляле и поцеловала ее в лобик. Температуры нет, но везти ее в садик она не может. Нужно понаблюдать.
Родителям нужно на работу, они с внучкой посидеть не смогут. Значит, надо звонить Артему и попросить перенести первый рабочий день на новом месте.
Она дождалась, когда часы покажут семь, и написала Троицкому сообщение:
“Доброе утро. Мы можем отложить мой первый рабочий день в новом офисе на завтра? Ляле лучше, но я все равно не могу повести ее в сад.”
“Доброе утро, моя девочка. Ты можешь взять ее с собой? Там для нее есть все условия!” — почти сразу ответил Артем.
Валерия задумалась. Странно, конечно, но потом вспомнила, что в тех же шопинг-центрах есть специальные комнаты для детей, которых специально развлекают обученные люди, пока родители делают покупки.
“Хорошо, спасибо. Тогда в восемь?” — спросила Валерия.
Артем ей прислал смайлик с поднятым вверх большим пальцем.
Через час они вышли из подъезда, Троицкий выскочил из машины и подбежал к ним. Усадив их на заднее сиденье, он вернулся за руль.
— Как дела, Лялечка? — спросил он у девочки.
— Нормально, а куда мы едем? На мамину новую работу?
— Все верно, — коротко ответил Артем и перевел тему, — температуры нет?
— Вроде нет. Не знаю, что это за разовая акция была под названием “испугай маму”, — сказала Валерия и потрепала дочку за щечку.
Ехали более получаса и остановились возле старого жилого дома в самом центре Москвы.
— Ого! — восхитилась Валерия. — В таких домах есть офисы?
— Еще какие! — нагло соврал Троицкий.
Дом был настолько старым, что лифта там не оказалось.
— Все никак руки не доходят установить лифт, — виновато признался Артем, — но теперь уж точно придется. Не буду же я заставлять тебя каждый день на четвертый этаж подниматься по лестнице.
— Да мне не сложно… — удивилась Лера.
Дверь в офис оказалась бронированной, и Артем почему-то открыл ее ключом и пропустил девочек вперед.
Оказавшись в просторной прихожей, Валерия удивленно крутила головой, рассматривая обстановку: встроенные зеркальные шкафы до потолка, небольшое кресло в углу, массивная люстра. Всё это даже и близко не напоминало офисную обстановку.
— Что-то я ничего не понимаю, — промямлила она, пока Артем расстегивал курточку Ляле.
— Разувайся, и я покажу тебе твой кабинет, — как ни в чем не бывало сказал Троицкий.
Кудряшова сняла пальто, разулась, Артем повел их по коридору и, остановившись перед деревянной дверью, распахнул ее.
Глаза у Валерии расширились, а Ляля не удержалась и громко ахнула.
Утреннее солнце хорошо освещало просторную комнату, которую, пусть с небольшой натяжкой, можно было назвать кабинетом. Там стоял большой деревянный стол, кожаное кресло и маленький диванчик у стены. Никак, правда, не вписывались в этот интерьер плюшевые пингвины, которые стайкой валялись на полу. Их было очень много! Штук пятьдесят — точно!