Первые три машины взобрались наверх почти без проблем, а вот четвёртый покачнулся, и начал заваливаться в противоположную от сержанта сторону. Но его тут же поддержали манипуляторами товарищи, уже поднявшиеся на платформу. Я забрался наверх пятнадцатым, отметив про себя, что Захарыч, похоже, попадает на другую платформу. Что ж, похоже нам с другом придётся ехать на разные позиции. Ничего, всё равно будем рядом.

Двадцать мехботов на один тягач. Едва мы загрузились, как раздалась команда — опустить машины. Я тут же выполнил движение, словно присаживаюсь, и машина послушно сложила опоры, упёршись манипуляторами в пол. В таком положении мехбот становился более устойчивым. Едва все операторы выполнили команду, транспорт медленно тронулся с места. Возле уха из динамика раздался голос сержанта:

— Новобранцы, слушайте внимательно. Сейчас я буду называть по очереди ваши позывные, хочу убедиться, что никто ничего не напутал, и система мехботов провела идентификацию подразделения. И так, Космос!

— Я!

— Вершинка от буя. Молодец. Седой!

— Я!

Перечисление других бойцов сержант разбавлял шуточками, пусть грубыми, но зато смог частично смягчить напряженное ожидание. Предпоследним назвал меня:

— Татарин!

— Я!

— Ух ты. Это не твой прадед размотал первых Сергианцев?

— Так точно, мой! — ответил я.

— Будь достоин своего геройского родича, Татарин. — произнес сержант, после чего продолжил перекличку: — Мазут!

До пункта назначения добрались за десять минут. Ещё бы, сейчас все улицы города пусты. Стоило тягачу остановиться, как нам приказали выбираться наружу. Спустившись одним из первых на землю и осмотревшись, я занял своё место согласно виртуальной карте построения, проецируемой на забрало, и замер. Место, куда нас привезли, было мне знакомым, впрочем как и большая часть города.

Мы находились в промзоне. Справа, за высоким бетонным забором, дымили две трубы ферросплавного комбината, даже сейчас продолжавшего работать на полную мощность. Слева и перед нами располагалась стройка. Два длинных трехэтажных здания, сложенных из бетонных плит, еще не заимевшие стекол на окнах. Ограда из металлической решётки, строительная техника, и несколько бытовых колёсных вагончиков, в которых обычно хранится инструмент, и отдыхают работники.

— Бойцы, наша задача — удерживать этот небольшой сектор от вторжения захватчиков, если таковые вдруг решат прорваться в город в этом месте. — сообщил старшина — один из четырёх инструкторов, оказавшихся с нами. У всех у них были такие же древние мехботы, как и у нас, разве что укомплектованы более мощными батареями, и броневые плиты повыше классом. — Справа нас прикрывает рота охраны и взвод ПВО, слева будут стоять такие же новобранцы, как и вы. Задание перед вами такое. Первое отделение — занимаете первый этаж этого строящегося корпуса. Второе отделение — на второй этаж, третье — на третий. Сидим, отдыхаем, ждём команды. В случае попыток прорыва через наш сектор, необходимо задержать противника до подхода комендантского взвода. Вопросы?

Вопросов было много, но ни одного по делу, а все присутствующие знали, как не любят инструктора болтунов. Поэтому все дружно ответили — никак нет! А затем подобрали контейнеры с дополнительными боеприпасами, сухпайками, водой, и двинулись на позиции.

Моё отделение было вторым, и потому мне, вместе с товарищами, пришлось подниматься по ступеням узкой лестницы, предназначенной для людей, но никак не мехботов. Шагающий передо мной оператор был весьма неуклюж, и я дважды спасал его от падения, про себя отметив, что он и боец, скорее всего, такой же. В общем, когда оказались на втором этаже, я с состраданием посмотрел на третье отделение, которым подниматься выше.

— Орёл, Орион, Пракс — контроль правого крыла! — тут же начал раздавать приказы инструктор, не давая нам расслабиться. — Порт, Рухх, Рама — эти пять оконных проемов ваши. Самум, Татарин, Тарх — левое крыло. Действуйте так, как вас учили. Займёте позиции, доложите, я проверю. Рама, какого хрена ты БКа бросил перед оконным проёмом? Хочешь, чтобы в него вражеский снаряд угодил, и устроил нам тут фейерверк?

Две минуты понадобилось нам на то, чтобы занять позиции, после чего на меня навалилась тишина. Инструктор — младший сержант с позывным Хват, оценил, как наша троица распределилась в левом крыле этажа, и ушёл в противоположный конец, после чего в канале нашего отделения раздался его грозный рык:

— Орион, ты совсем охренел?! Кто разрешал выбираться из меха? По нужде? Ты откуда такой тупой на мою голову взялся? Что? Система утилизации отходов сломалась? Почему я не вижу этого на командном мониторе? Дебил, сними клапан!

— Внимание, взвод! — прозвучал голос старшины в общем канале. — Поступила информация, что на нашем направлении прорвалось звено истребителей противника, а так же два десантных бота. Наши соколы ведут преследование, но вероятность прорыва всё же имеется. Приготовьтесь! Есть вероятность, что атака последует на наш сектор.

Воздушные цели. Нас тут больше тридцати бойцов, а это одномоментный залп почти сотни ракет класса земля-воздух. Звено, это пять истребителей, итого семь целей. А если второе здание под контролем другого взвода, мы распылим авиацию противника на атомы.

Рассуждая, я всё же приблизился к окну, и задействовал встроенную в мех оптику. Дальномер тут же сообщил мне, что до решетчатой ограды ровно сто двенадцать метров. А ракеты земля-воздух свободно достанут цель на расстоянии до пяти километров.