– Пина Колада.

– А мне «Секс на пляже».

– Голубая лагуна.

Сформулировали заказы девчонки.

– Том Коллинз, – резюмировал Роман.

Вечер обещал быть, как и продолжение дня, ярким. Нам принесли приготовленные закуски. К моему удивлению, краб вышел крупнее, чем я предполагал изначально, и если бы не помощь ребят, то я провозился бы с ним ни один битый час. Мягкое, нежное мясо идеально подходило на звание «блюдо дня». Здоровые клешни ощущались самыми лакомыми кусочками, однако до более богатого в них содержимого нужно было ещё добраться. Специальными щипцами я орудовал, как в хирургической операционной. Мне очень хотелось в эти минуты перевоплотиться во врача травматолога:

– Сестра, зажим. Теперь скальпель. Держим пока. Так, аккуратно разрезаем.

– Доктор, мы его теряем!

– Сестра, два кубика адреналина больному в сердце! – крутилось в моей голове.

Испачкавшись, но достигнув цели, в заключение про себя я произнёс: «Всем спасибо, на этом наша работа завершена. Пациент будет жить!»

После перекуса мы перешли к напиткам. О, тут наша беседа перескочила в более активное русло. Без устали мы рассказывали друг другу общеизвестные занимательные байки. Правда, когда речь зашла о небольшом повествовании о себе, преимущественно говорил Рома. Вся его жизнь состояла из путешествий, отчего, представлялось, у него была самая интересная биография из нас. Судьба девушек по сравнению с ним виделась однообразной, обыденной, несмотря на то что они безвылазно жили на побережье и ежечасно встречались с морем.

– При ежедневном «глядении» чувство прекрасного постепенно притупляется, – заключила с возмущением Шеннон.

– Только не в моём случае, готов сидеть напротив моря бесконечно! – возразил я.

– Лучшее, что может быть с человеком – это смена картинки, Фред. Желательно постоянно выходить из зоны комфорта, иначе депрессия, убийственная ложная идиллия тебя покарает. Человек способен на многое: выучить языки, стать гуру, просветлённым, добиться триумфа в спорте, сменить деятельность и снова завоевать успех. Не знаю, вам, наверное, покажется это странным, но мне, думается, это крайне важно. Талант раскрывается только тогда, когда человек любит то, чем он занимается.

– Ты прав, Ром. От возможности проявить себя зависит и счастье. Большинство людей глубоко несчастны. Они ходят на нелюбимую работу, выполняют ненавистные им дела. Они способны поменять мир, но не стремятся приложить к требуемому сдвигу и минимальных усилий. Оттого они сами несчастливы. Мы с вами пример обратного. Стоило раздвинуть границы, как мы очутились совершенно другими людьми в глазах друг друга. Нет, честно, мы с Мари были глубоко убеждены, русские мужчины – горькие пьяницы. Про вас всюду рассказывают небылицы: вы все сплошь бандиты, не умеете вести себя в обществе, хамы, бестактны и необразованные.

– Да, да! – подхватила Мари. – До сегодняшнего дня я полагала, будто бы русские мужчины – самые непутёвые мужчины на планете. Почему-то я представляла вас с длинными бородами, в ваших зимних сапогах (валенках); мужчинами, которые ничего не умеют, только как ругаться и выяснять отношения. Сперва Рома, потом ты, Фредди, перевернули в моём подсознании всё с ног на голову. Вы предстали перед нами другими: интересными, умными и жизнерадостными.

– Что скажешь, Фред? Твоя очередь! Давай окончательно разобьём стереотипы дам! Какая твоя история?

– Да! Нам бы очень хотелось послушать твой рассказ! – добавила Шеннон.

– Конечно! – отозвалась Мари.

Я глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Внезапное предложение друзей, направленное в мою сторону, обнаружилось для меня не совсем лёгкой задачей. Я подбирал слова. Как вдруг в эту самую минуту заиграла спасительная мелодия легендарной композиции «Listen to Your Heart» шведской рок-группы «Roxette» с её исключительно талантливой солисткой Мари Фредрикссон. К сожалению, певица умерла в 2019 году от продолжительного онкологического заболевания, хотя её музыкальное произведение навсегда осталось в массовой культуре бессмертным. Для меня платиновый хит группы запомнился по рекламе пива из далёкого детства. С тех пор с ним ассоциировалась тема свободы и любви к жизни.

– Прошу прощения, дамы, Рома. Вероятнее всего мой рассказ придётся отложить, – произнёс я, подойдя ближе к Мари с вытянутой рукой и приглашая младшую из француженок на медленный танец.

Блондинка взглянула на Шеннон, та одобрительно кивнула головой. Девушка взяла робко мою руку, едва прикоснувшись к пальцам. Её ладонь ощущалась холодной, как будто лёд, моя же – обжигающей, словно пламя костра. Мари посмотрела в мои глаза прямо, ожидая поддержки и согласия. Я взял её за руку крепче, чуть наклонил подбородок вниз в качестве подтверждения твёрдых намерений и медленно повёл к танцполу. Следуя моему примеру то тут, то там из-за столов стали подниматься пары. Роман пригласил Шеннон. Ребята принялись танцевать рядом. Боясь испортить момент и вслушиваясь в слова композиции, мы отложили наши разговоры. Повинуясь припеву «Слушайте Ваше сердце», подруга склонила голову на моё плечо. Мне почудилось на мгновение, что она закрыла глаза. Возможно, моя юная партнёрша в этот момент представила совместное будущее, наших резвящихся детей посреди зелёной лужайки загородного дома на побережье Французской Ривьеры. Возможно, нечто другое. Я не знаю. Я не стал на это обращать внимание и досаждать ненужными вопросами. Мне казалось, вот оно счастье, рядом со мной, в данное мгновение. Зачем я буду портить его? Сегодня был самый трогательный, упоительный момент всей моей жизни.

«Неужели сегодня – отправная точка для чего-то нового?» – я погрузился в бескрайние мысли.

У всего есть начало, но есть и конец. Песня завершилась. Люди пустились хлопать от переполнявшего их воодушевления. Я поблагодарил девушку за трогательный вальс. После пережитых в течение последних трёх минут чувств и мечтаний у меня на душе возникло опустошение, досада, от которой не желалось далее продолжать разговор. Мы сменили тему, погрузившись в обсуждение скорых планов.

– Давайте завтра отправимся в Галле! – увидев общее замешательство, предложила Шеннон.