Эльза продолжила пить, а Беата испытала чувство облегчения и морального удовлетворения. Это не бестолковое омоложение тщеславных ведьм, для Эльзы Салливан эликсир молодости стал настоящим спасением. Противоядием от темной магии, которой ее пытались погубить. Мерзкая паучиха проиграла, а стойкая девочка выжила. Почему же умерли остальные?

Но тут ее взгляд упал на бутылочку с ядом, которую Эльза задвинула подальше, в угол, и Беата все поняла. Ее сердце сжалось от боли.

Они сдались.

Эльза — нет.

— Твой отец говорил, что ты — талантливая скрипачка, умница и красавица. Но он не рассказывал, какая ты сильная, Эльза, — Беата глубоко вздохнула, — ты справилась. Выжила и победила.

— Вас правда папа прислал?

— Да. Я искала тебя по его просьбе. Прости, что так долго.

— Ничего, я же дотянула. У меня снова молодые руки! Это все?

— Нет, явно надо еще, — заметила Ивонн, поднося шарик света к ее лицу, — ты выглядишь на двадцать пять, как мы. А была моложе.

— Согласна, нужно еще половину кубка выпить, — закивала Дениз. — Бедная девочка. Мавис — сумасшедшая. Хорошо хоть нас не высосала.

Эльза сделала еще несколько глотков и оттолкнула кубок.

— Да хватит уже! Лучше помогите Джине! Вот я дура, совсем забыла о ней! Она уже давно мне не отвечает! Я думала, она уже умерла, но вдруг ее еще можно спасти!

— Тут кто-то еще есть? — ахнула Беата.

— А для кого я, по-вашему, играла? Для себя? Джина в камере напротив моей, Кейт справа, Ханна по диагонали! Джину похитили раньше, и она постоянно устраивала нам переклички, настаивала, чтобы мы шевелились, ходили и делали простые упражнения! Мы играли в города и общались! Она попросила меня играть на скрипке, чтобы мы не сошли с ума, и предлагала представить, что мы все — слепые от рождения. Живут же они как-то в темноте? И мы выживем! Но сегодня на перекличке она не ответила, и Кейт с Ханной больше часа ее оплакивали!

Беата бросилась прочь.

— Откройте все камеры, живо! И приведите их сюда! Куда?! Ивонн, останься со мной, я же ни черта не разгляжу! Шевелитесь! — рявкнула Беата, судорожно отпирая дверь напротив. — Ох, черт!

— Джина!

Камера Джины Уэсли встретила их насыщенным ароматом вереска. Ее обитательница лежала на полу, раскинув руки. Ее челюсть съехала набок, а глаза были широко раскрыты и неподвижны.

Беата окаменела.

Опоздали. Джина Уэсли умерла.

— Она шевелится! Пальцами шевелит! — крикнула Эльза, вбегая за ней. — Помогите же!

Беата бросила взгляд на неподвижные руки постаревшей Джины.

— Тебе показалось. Все кончено.

— Нет! Она ногами шевелит!

Беата опустила взгляд и с изумлением увидела, что Джина Уэсли конвульсивно дергает пальцами ног. Поспешно присела рядом и нащупала пульс.

Был. Слабый, едва заметный, но был. Джина Уэсли отказывалась сдаваться, даже умирая.

— Моя богиня, я не умею лечить инсульты! Адалинда сможет ее спасти?

— Нет. Вливай ей эликсир молодости в рот. Только следи, чтобы она не захлебнулась.

— Почему ты не сказала, что спасенных больше одной?!

— Потому что ты их еще не спасла. Меньше будешь думать, что смерть — досадная, но исправимая ситуация. Жизнь бесценна. И заболтавшись о всеобщем воскрешении, легко можно упустить тех, кого еще могла бы спасти.

Беату затрясло, но она предпочла подавить свой гнев и запихать его поглубже. Кубок Эйв все еще наполняла Калунна. Ее урок был жестоким, но действенным: Беата вмиг забыла об абстрактной несправедливости, пытаясь спасти реальных людей. Она медленно поила Джину Уэсли, придерживая ее затылок. Эльза схватила подругу по несчастью за руку.

— Джина, только не сдавайся! Ты сильная, ты спортсменка, продержись еще немного!

Джина Уэсли зашевелилась и повернула голову к ней.

— Лиловое платье… Эльза… это вересковая богиня?

— Нет, это ведьма, госпожа Хоффман!

— Я продержалась. Можно, я посплю? — она закрыла глаза.

— Нет. Джина, ты должна выпить еще эликсира, — приказала Беата, — если хочешь выжить и спастись, тебе нужно вновь стать молодой. Пей.

— Не могу, мне плохо.

— Пей! Меня прислала вересковая богиня к тебе на помощь! Если сдашься сейчас, то умрешь! — у Беаты защипало в уголках глаз. — И чертова ведьма, решившая тебя погубить, победит!

— Хрен ей, — тихо прошелестела Джина Уэсли и потянулась к кубку.

Принялась пить через силу. Эльза подбадривала ее, продолжая держать за руку.

В камеру заглянули несколько ведьм.

— Мы нашли еще двух старушек, но они нас боятся и не хотят выходить. Что нам делать?

— Приведите их сюда и обыщите все камеры! Не дай богиня, кого-нибудь пропустим! Скажите, что я пришла их спасти и знаю их родителей! Не вздумайте толкать или тащить силой! Уговаривайте по-хорошему!

Следующие полчаса были хлопотными и очень нервными. Беате казалось, что ее выжали как губку, но в итоге перед ней стояли четверо живых, вернувших молодость и силы девушек: Эльза Салливан, Джина Уэсли, Кейт Каннингем и Ханна Грей. Больше в камерах никого не было, хотя Беата, не доверяя другим ведьмам, лично обошла каждую из них.