****

После курсов в Претории я взял отпуск на несколько дней и навестил своих родных. Находясь дома в Апингтоне, я получил сообщение о необходимости срочно позвонить Дидису.

— Начался большой шухер, — произнес он. — Ты нужен мне здесь.

Конечно же, он говорил о Лубанго.

— Сколько у меня есть времени? — спросил я.

— Будь в штабе через неделю, — ответил он. — Я встречу тебя там. Сначала мы должны получить свежие разведданные.

Моим немедленным ответом было отправиться в трехдневный одиночный поход вдоль реки Оранжевой. Я должен был подготовить себя морально. Конечно, моя мама не могла понять, почему я приехал домой в отпуск только для того, чтобы исчезнуть в глуши в одиночном походе.

Операция предстояла нелегкая. В то время Лубанго считался самым защищенным аэродромом в Анголе. Советские радиолокационные и противовоздушные системы могли обнаружить любой приближающийся самолет на расстоянии до 80 км, в зависимости от высоты полета. Просто приблизиться к нему было сложной задачей, не говоря уже о том, чтобы прорваться через окружающие его позиции кубинцев, ФАПЛА и СВАПО. Для проникновения потребуется тщательное планирование и точное ориентирование на местности, а также исключительный уровень мастерства и решимости. На выполнение задачи уйдет не менее трех-четырех недель.

Я покатался с друзьями, которые занимались сельским хозяйством на берегу реки Оранжевой со стороны Юго-Западной Африки — в той же самой пересеченной и скалистой местности, где за много лет до этого наш пикап «Интернешнл» застрял на склоне горы, и мне пришлось идти пешком за помощью. Я спустился по глубоким оврагам к реке, а затем пошел пешком по красивому ущелью Оранжевой реки в восточном направлении к водопаду Ауграбис. Это были суровые места, но находиться одному в этом открытом и нетронутом мире было захватывающе интересно. В ту первую ночь я спал под нависающей скалой, а в нескольких метрах от меня проносились темные и зловещие воды великой реки. По обеим берегам надо мной возвышались суровые края гор. Это был одинокий и пустынный участок земли.

На третий день я переправился через реку на южноафриканскую сторону, где меня забрал отец. Два дня спустя моя машина была собрана, и я был готов присоединиться к Андрe Дидериксу для нашей экскурсии в Лубанго. Экскурсии, которой предстояло стать испытанием всей моей жизни.

*****

Для этой работы Дидис отобрал свою самую надежную команду. Чтобы достигнуть объекта диверсии, требовалась группа из трех человек, поэтому в качестве третьего человека был привлечен Жозе да Коста. Бут Сварт был руководителем операции в тактическом штабе в Ондангве, Дейв Скейлз отвечал за связь, а Дейв Дрю был офицером разведки. Даже экипажи вертолетов из 19-й эскадрильи были лучшими из лучших: своими «Пумами» управляли два легендарных летчика, коммандант Джон Чёрч и капитан Джис Бассон.

Мы должны были высадиться с вертолетов в горах к юго-западу от нашей цели, а затем выдвигаться пешим порядком к Лубанго по маршруту, проходящему через самые высокие хребты. Да Коста останется на возвышенности к юго-западу от города, чтобы поддерживать связь или запустить порядок действий на случай нештатных ситуаций или чрезвычайных обстоятельств, если это будет необходимо, а мы с Дидисом должны были проникнуть на аэродром. Оказавшись на стоянке самолетов, мы должны будем разделиться, чтобы каждый работал над двумя рядами МиГов.

Разведданные, представленные нам в Претории, описывали все в мельчайших подробностях. Позиции и дислокацию частей ФАПЛА, кубинцев и СВАПО были тщательно прорисованы. С помощью дешифраторов аэрофотоснимков мы «облетели» каждый дюйм маршрута проникновения к объекту, используя причудливые стереоскопы. Были определены основная посадочная площадка и несколько запасных для спуска с вертолетов по тросовым системам. В конце концов, я сто раз мысленно прошелся по маршруту, который мне предстояло пройти. Мы даже нанесли на карту большинство мест, где у нас будут днёвки. Мы изучили расположение объекта операции настолько хорошо, что я мог бы провести операцию почти с завязанными глазами.

Вместе с экспертами из компании EMLC мы еще раз проверили подрывные механизмы «Румпель», еще раз уточнив порядок снаряжания и взведения зарядов, а также меры безопасности при этом.

Вскоре мы отправились в Фалаборву для подготовки и тренировок. Мы с Дидисом подтянули свои знания португальских фраз и снова провели много часов, отрабатывая свои действия на взлетно-посадочной полосе авиабазы Худспрюйт в темное время суток. Мы настолько стали мастерами в искусстве подкрадывания, что я с нетерпением ждал прилива адреналина в ночь нашей высадки. Я еще не полностью преодолел свой страх, но, по крайней мере, он стал более сдержанным, и теперь я знал, как им управлять.

Разведывательно-диверсионная группа специального назначения наводила последние штрихи и провела крайние три дня в Претории, в основном откармливаясь и информируя штаб о последних изменениях в плане. Я использовал это время, чтобы проработать свой план «контроля страха» с Джонни Куртценом. Он заставил меня рассказать о тренировках и описать, как мы овладели техникой подкрадывания. Я должен был объяснить, насколько хорошим было наше снаряжение и как хорошо мы подготовились. После этих занятий и после того, как я отработал приемы «разговора с самим собой», я не мог представить себе ничего, кроме успеха. Ментально и психологически я был настолько готов к операции, насколько это вообще возможно.