В тот же день во время засады, устроенной более чем сотней солдат противника, был убит капрал Андрe Ренкен, когда «Касспир» 2-го разведполка был обстрелян из гранатомета. На протяжении дня несколько операторов из 5-го полка получило осколочные ранения, и их пришлось эвакуировать на вертолете.

Ренкен и Машававе стали единственными южноафриканцами, убитыми в ходе операции. Тело Машававе было доставлено обратно после первоначальной атаки (зону боевых действий необходимо было зачистить до того, как подлетят вертолеты для эвакуации), а останки Ренкена в мешке для трупов перевозились в нашем «Касспире». Приподнятое настроение, которое было у нас с Тинусом Рикертом во время поездки внутри БТРа, исчезло. Как только колонна достигла района, который, как считался, находился за пределами непосредственной угрозы со стороны МиГов из Менонге, были вызваны «Пумы», чтобы доставить тела погибших обратно в Ошакати.

Колонне потребовалось еще четыре дня, чтобы добраться до Ошивело, где состоялся подробный разбор проведенной операции. Бронетехника разведчиков была переброшена обратно в Фалаборву своим ходом, а личный состав разведрот был отправлен обратно на транспортнике C-130.

Хотя разведка в операции «Колизей» была лишь одной из многих разведывательных операций, в которых я участвовал, для меня она во многом определила методы работы в будущем. В операции был отработан способ поэтапного обнаружения вражеской базы в буше — сначала путем непрерывной засечки источников звука (при этом приближаясь к подозрительному району под углом и проходя его на расстоянии трех-четырех километров), а затем выстраивая общую картину по визуальным признакам и, наконец, по результатам непосредственной разведки вблизи. Позже мы с Да Костой тщательно проанализировали последовательность событий и свои действия, и составили на их основе наставление по проведению специализированных разведывательных мероприятий подобного рода.

*****

В последующие годы, после проведения первых демократических выборов в стране и объединения бывших противоборствующих сил, Да Коста, в то время старший уоррент-офицер учебной школы спецназа, сыграл важную роль в обучении молодых операторов и усовершенствовании доктрины применения войск специального назначения. Будучи образцом для подражания для начинающих спецназовцев на протяжении многих лет, он оказал огромное влияние и сыграл важную роль в формировании жизни очень многих молодых специалистов.

6

Операция «Похищение-1», январь-февраль 1987 г.

К концу 1986 года уже несколько месяцев обсуждалась идея уничтожения истребителей МиГ-21 и МиГ-23 ФАПЛА на взлетно-посадочных полосах авиабаз в Менонге и Лубанго. Дидис был уверен, что сумеет убедить наших боссов отправить для выполнения этого задания малую группу спецназа, поскольку проникнуть ни на один из этих объектов боевому патрулю было практически невозможно, — оба аэродрома были исключительно хорошо защищены, вокруг них на километры простирались открытые возделываемые земли, а в окрестностях располагались многочисленные гарнизоны ФАПЛА, СВАПО и кубинских войск.

На тот момент МиГи обеспечили для ФАПЛА превосходство в воздухе на юге Анголы. У них было преимущество в подлетном времени, и времени нахождения над целью, поскольку им необходимо было пролететь до зоны боевых действий всего 60-80 км, в то время как южноафриканские «Миражи F1» и «Буканиры»90 должны были вылетать из Хрутфонтейна, и к тому времени, когда они достигали своих целей, у них оставалось топлива всего на десять минут нахождения в районе. Так как их возможности были слишком ограничены, они редко участвовали в воздушных боях. Реактивные самолеты «Импала», работавшие из оперативных аэродромов в Ондангве и Рунду, не обладали ни дальностью полета, ни вооружением, чтобы бороться с МиГами на равных.

С помощью Дейва Дрю Дидис изучал подробные схемы города Менонге, расположенного в провинции Куандо-Кубанго, пытаясь определить количество истребителей, места их стоянок, уровень их защищенности и пути подхода к ним.

В то время, как остальная часть 5-го разведывательного полка была развернута для участия в операции «Колизей», Дидис отправился в Преторию, чтобы сделать доклад для Командующего войсками специального назначения, генерал-майора Жупа Жубера. Такая же идея была предложена Главнокомандующему Силами обороны ЮАР генералу Дженни Хелденхейсу, который в принципе одобрил план, но с оговоркой, что ему необходимо согласовать его с министром обороны.

Операцию утвердили, но нам еще предстояло представить окончательный план и получить полномочия на поддержку с воздуха. Для этого требовались определенные силы убеждения, так как в случае, если бы южноафриканский солдат был пойман за установкой подрывного заряда на самолет ФАПЛА, это было бы расценено как акт саботажа и нарушение международных конвенций. До этого момента все успехи в деле уничтожения вражеских самолетов приписывало себе УНИТА.

Аэродром Менонге должен был стать первой целью, главным образом потому, что оттуда боевики действовали против южноафриканских сил, развернутых в районе Куито-Куанавале, и также еще и потому, что он считался «более легкой» целью, чем Лубанго.

Чтобы подготовиться к нашей очередной операции, Дидис, Невеш Матиаш, Жозе да Коста и я вернулись в Савонг, — для нас это было обычным делом. Мы заставляли себя адаптироваться к смене режима деятельности — работать ночью и отдыхать днем. Каждую ночь мы отрабатывали навыки ориентирования, тактику патрулирования и проникновения к объекту.

Часами мы корпели над картами и аэрофотоснимками, намечая пути передвижения, места закладки тайников и маршрут окончательного выхода к объекту и проникновения на него. На помощь нам пришел дешифровщик аэрофотоснимков из ВВС, оснащенный всеми новейшими средствами аэрофотосъемки, современными стереоскопами и даже масштабной моделью объекта.