А в самом сердце Китежа стоял белокаменный кремль с проездными башнями и крепостными воротами. В кремле и жила Берегиня. Может быть сейчас почивает она на мягких перинах и сны ей приятные снятся, а как встанет с солнышком, так набегут служанки и девки помочь владычице в шелка нарядиться, да богатые украшенья надеть. А потом сядет она за стол, где царские блюда и всё то, чего душе хочется, где сыто, где счастье, где гранатой себя не взрывают и кровь чужую не пьют…

– Ты о чём думаешь, дурочка? – вмешался в размышления Лиски Олег, девчонка очнулась и сразу спросила:

– А твоя знакомая, часом, не злюка какая-нибудь?

– Да ты не волнуйся, с Ольгой Берисвет я давно уж знаком. После смерти Семёна отправился прямо к ней. Тогда в Китеже впервые и побывал. Тяжело жилось Оле, в то время она овдовела, а тут ещё брат погиб, на руках маленький сын остался, кормиться им стало нечем, да и с топливом на Зиму плохо. Я их семье помогал, чем только мог. Многое из того, что зарабатывал – ей отдавал на пропитание. А пять Зим спустя она вышла за Бритоуса – большой он чин в Китеже, Отче-Советник. С тех пор к ним и не заглядывал…

– А-а, понятно, дружба-дружбой, а табачок врозь? – подтёрла Лиска веснушчатый нос. – Как в нужде жила, так старый скиталец – персона, а как разбогатела, так рванье незнакомое?

– Нет. Она не такая…

Но девчонка ему не поверила:

– Вечно ты, дедушка, о людях хорошо думаешь – слишком хорошо, не надо так. На свете хороших людей совсем мало осталось.

Машина тем временем подъехала к богатым воротам, со множеством башенок поверху князька. Створы сверкали набитой металлической чешуёй – такой узор в Китеже всегда был ходовым. Его связывали с озёрным духом, который оберегал город.

Арсений дал гудок и тут же на первом этаже терема зажегся настоящий электрический свет. Через полминуты к внедорожнику вышел выбритый до синевы сухопарый мужчина. Ключник внимательно оглядел броненосец, прибывший посреди ночи. Олег первым выбрался из машины под ливень, чтобы перекинуться со слугой парой слов:

– Здравствуй, Главеш! Берисвет дома? Можно в гости к ней напроситься?

– И тебе не хворать, скиталец, – с прохладцей обронил ключник. – Дома, а вот примет иль нет, так о том докладывать надо, постой.

Синий пиджак ключника юркнул обратно за створку ворот, а Лиска потянула Олега за край плаща из машины:

– Дедушка! Дедушка! Пистолетик мне дай!

– Да зачем он тебе сейчас? Никто здесь тебя не обидит!

– Дай, тебе говорят! Сначала подарил, а потом обратно забрал, бессовестный! – надулась девчонка. Олег торопливо вернул ей револьвер, и довольная Лиска, сверкая глазами, тут же спрятала оружие под рубахой. Ключник к тому времени успел вернуться:

– Принимает хозяйка, входите!

Все вчетвером они прошли через калитку в резных воротах и оказались перед роскошным теремом. Такое жильё сильно отличалось от привычного Тепла в оседлых деревнях – окна большие и много, не из стекла, а материала плотного, прочного. Если в простой избёнке и будет оконце, то маленькое, в одну полоску, чтобы тепло внутри дома сберечь, а здесь окнами словно гордились: каждое в статном наличнике, на всех трёх этажах, до самого чердака вставлены.

Взойдя на крыльцо, Олег встретил ещё одну прислужницу дома – молодая девочка, ещё младше Лиски, ждала их на пороге. Служанка нарядилась в домотканое платье белого цвета, а на голове носила простой серый платок. Эту девчонку скиталец здесь ещё не встречал, и она тоже с интересом смотрела на него из-под чёлки золотистых волос. Слегка поклонившись, служанка повела гостей внутрь терема.

В просторных комнатах оказалось очень тепло, топилась выложенная плитками печь. Плитки все разные, собранные откуда придётся, но выложенные красивым орнаментом. Олег узнал над топкой руну Семаргла, оберегавшую дом от пожаров. Над окнами висели полотнища с красным ветвистым узорами на белой ткани. Самыми богатыми рушниками украшался угол с маленькими деревянными кумирами на дубовой полке. На первом месте стояла фигурка женщины с чашей в руках, чему Олег нисколько не удивился, а вот тёмная, задвинутая в самый дальний угол фигурка, с кривым серпом и длинными волосами, его озадачила. Немногие осмеливались ставить к себе владычицу Зим, ведь это была уже чёрная, навья вера.

На подоконниках выстроились горшки с цветами. Небывало пышные и крупные фиалки оттенка вечернего неба выглядывали на гостей меж занавесок. Приятный цветочный запах витал в горнице вместе с запахом сушёных трав-оберегов. Пучки зверобоя и мяты висели по выбеленным стенам, охраняя дом от тёмных сил.

Олег и Лиска с Арсением замерли на пороге, не решаясь ступить на домотканые половики. После всего, что они видели, непросто было свыкнуться с таким мирным местом.

На лестнице застучала быстрая поступь и со второго этажа к ним спустилась хозяйка. Ольга Берисвет была женщиной не молодой, но в тех самых годах, когда зрелая женская красота раскрывалась в полной силе. Тёмные волосы аккуратно забраны в тяжёлый пучок на затылке, плечи укрыла чёрная ажурная шаль, под которой красовалось тёмно-синее платье покроя ещё до Обледенения. После того, как власть в Китеже захватила озёрная чаровница, Берегиня прославилась на весь Край большой любовью к нарядам из прошлого. Женщины в городе быстро подхватили новую моду и с жадностью диких волчиц охотились за любыми вещами из Тёплого Лета. Впрочем, и старые привычки у китежек не испарились – на платье Ольги Берисвет сверкали серебряные чешуйки, нашитые по плечам и спине.