— Я… мы… Египет… почтение…

Его прервал белый легковой «Мерседес-Бенц 280 Е» подъехавший к самолету. Из машины поспешно выскочил пожилой подтянутый мужик в светлом костюме и еще двое мужчин помоложе.

Майор облегченно выдохнул и махнул рукой: мол, пусть вам эти все объясняют, а я здесь, чтобы вы хорошо покушали и отдохнули.

— Чрезвычайный и полномочный посол Советского Союза в Египте Владимир Михайлович Виноградов, — мужчина кивнул египтянину и протянул руку Тимофею. — Вы говорите по-русски?

— Советник Тим Бергер, — представился Тимофей. — Да, я говорю на русском языке. Если честно, мы не вполне понимаем, что происходит.

Посол досадливо поморщился, взял Тима под локоть и отвел в сторону.

— Известные вам силы… — начал он, — оказали сильное давление на Египет, для того, чтобы вам не разрешали посадку для дозаправки. И частично, им удалось добиться своего. Увы, нынешний президент Египта, склонен к заигрыванию с западными странами. В общем, было принято решение блокировать до вылета военными ваш самолет, одновременно, оказать максимально радушный прием, но в страну не впускать.

Виноградов пожал плечами.

— Особенности ближневосточной политики? — Тимофей улыбнулся.

Посол кивнул.

— Но не переживайте, ничего страшного не произошло. Вас дозаправят и вы благополучно вылетите в Москву. По поводу гостеприимства египетской стороны: вы вольны его не принимать, но советую все-таки согласиться.

Увидев, как на трапе снова появился Питер ван дер Бил, Тимофей показал на него послу взглядом.

— Мне главное, чтобы нас как можно быстрей дозаправили. Остальное обговаривайте с нашим руководителем делегации.

Посол начал разговаривать с министром, а Тимофей остался на месте и потянул из кармана пачку сигарет.

Шатер уже поставили, огромный и шикарный, размером со среднюю казарму, от него доносился одуряющий аромат печеного на углях мяса.

— Господин Бергер, — к Тиму подошел египетский майор. — Мы привезли еще подарки. Хорошие подарки, дорогие! — он зацокал языком. — Идем, покажу.

— Пошли, посмотрим, — согласился Тимофей.

Для него уже все стало ясно. Для Египта Родезия малозначащая страна, с которой нет никаких отношений. Но старший брат и друг Советский Союз, неожиданно сильно заинтересован в Родезии, а значит, эта страна автоматический переходит в разряд друзей для египтян. Садат пытается усидеть одной задницей на двух стульях, как говорится и нашим и вашим. Вот и попытался умаслить сразу всех.

— Смотрите! — по приказу майора солдаты начали выгружать из грузовика подарки. — Это ковры! Их ткут большие мастера из пустыни. Это кофе! Очень хороший кофе! Это благовония…

— Берем все, — улыбнулся Тимофей. — Что там насчет кебаба?

— Мясо! — разулыбался майор. — Будет много мяса! Я баранов сам выбирал. Идем!

— Идем… — Тим запнулся, увидев, как один из грузовиков зачем-то начал разворачиваться, совсем рядом с самолетом.

— Куда, мать твою! — заорал Тимофей.

Но было уже поздно, кузов машины с хрустом влепился в правую фюзеляжную стойку шасси.

— Вай аб зибик! — свирепо матюгаясь и дергая пистолет из кобуры, к грузовику кинулся майор. — Шармута хаягана! Эбэн эль мэтакана…

За ним понеслись солдаты.

Водилу выдернули из кабины и начали свирепо пинать и бить прикладами.

— Вот так здесь всегда, — посол устало вытер лоб платком. — Вы уж извините. Мы обязательно все решим…

Тимофей от злости забыл все матюги.

— Вы уверены, что это случайность? — тихо поинтересовался он у Виноградова.

— Конечно же случайность! — быстро ответил посол, но сразу осекся. — Вы думаете? Думаете, что это диверсия? Но… зачем…

Тим не ответил и попытался отнять водителя у солдат, чтобы допросить его.

Но ничего не получилось, араба уже успели избить до полусмерти. Попробовали отливать водой, но водитель даже не пришел в сознание.

Командир экипажа бегло осмотрел стойку и покачал головой.

— На этом самолете мы уже никуда не полетим. Повреждена гидравлическая система шасси. Ремонт не сложный, но… без запчастей и квалифицированных техников ничего не сделаешь.

Питер ван дер Бил уже полностью протрезвел и устроил встречающей стороне образцовую головомойку.

Тимофей не вмешивался, он ломал голову над тем, какой будет следующий шаг неизвестного противника. В случайности Тим уже давно перестал верить.

На египетского майора было страшно смотреть, бледный как смерть, он трясся как припадочный. Судя по всему, он уже попрощался с жизнью.

— Все решим! — растерянно обещал советский посол. — Надо только немного подождать. Я отправил своих сотрудников связаться с нашим начальством. На крайний случай, прилетит советский борт и вас заберут в Москву.