– Я сражаюсь. Просто не так, как ты этого хочешь. И я не обязан перед тобой оправдываться.
– Я тоже встал и протиснулся мимо нее.

– Это было необходимо?
– спросил ее Юрий, когда я возвращался в комнату Айзека.

– Папа, он - Рубикон.

– И вот почему он сражается, Мисси, - крикнул Айзек.

Он не последовал за мной в комнату, и я захлопнул за собой дверь.

Она купила «Лонгботтомс»?

Это была одна из моих любимых тусовок, и она это знала. Возможно, она сделала это в качестве приманки.

Я должен был сыграть в свою игру. Она была далека от завершения.

Несколько часов спустя у Айзека зазвонил телефон.

Джимми хотел, чтобы мы сыграли на открытии нового «Лонгботтомс».

Я покачал головой.

Он улыбнулся и что-то сказал Джимми о том, что он пытается переубедить меня.

– Нет, - сказал я.

– Это хорошие деньги.

– Меня не волнует гребаная зарплата. Нет!

Он вздохнул.

– Извини, Джимми. Это «нет».

Я ни за что не ступлю ногой на вражескую территорию.

***

На следующий день я чувствовал себя несчастным. Все таблоиды бредили новым «Лонгботтомс» и тем, как принцесса ворвалась, чтобы спасти положение. Они сказали, что ей ни для чего не нужен ее дракон.

Мне должно было быть все равно, но они выставили меня трусом. Я не был трусом. Я всем докажу, что дент не был чем-то священным, как они думали. Это было рабство. Я разрушу его и освобожу всех драконов, попавших под его чары.

Джордж вернется.

Я был Альфой, и я должен был присматривать за ними. Освободить их.

Меня не волновало, приведет ли это к еще одной глупой войне.

У них не было ни единого шанса против Розового поцелуя.

Даже у нее.

Юрий и Мисси отправились на рыбалку с другой семьей оборотней. Они планировали отсутствовать весь уик-энд, поэтому Айзек пригласил группу к себе.

Мы джемовали, пили и веселились.

– Ты не собираешься возвращаться в Драконию?
– спросил Айзек.

Он был в постели, а я - в гамаке. Все, кроме Тая и Мэтью, разошлись по домам, и мы сделали все возможное, чтобы прибраться.

– Это вражеская территория. Так что нет, - сказал я с усмешкой.

– Вражеская территория, - сказал он.

Я почувствовал запах травки и заметил, что Тай раскуривает один из косяков.

– Чувак!
– Айзек накричал на него.

– Что?
– спросил Тай.
– Ты серьезно? Это просто травка.

Айзек свирепо уставился на него.

Тай поднял брови, глядя на меня, и я рассмеялся. Айзек стал трезвенником с тех пор, как я - выздоровевшим наркоманом.

– Давай, Айзек, - сказал я.
– В память о старых временах?

– Вы двое - заноза в моей заднице, - сказал он, когда Тай протянул мне косяк.

– Это будет конец для вас двоих. Клянусь, - пробормотал Айзек.

– Это просто травка, - сказал я, передразнивая Тая.

– Трава никогда никого не убивала, - вмешался Мэтью.

Мы все рассмеялись, увидев выражение лица Айзека.

– Она все успокаивает, Айзек, - сказал я, выпуская дым в его сторону.

– Да, продолжай говорить себе это.
– Он отмахнулся от дыма.

Я рассмеялся, когда гамак мягко раскачивался из стороны в сторону.

Травка притупила мой разум и ослабила напряжение Елены. Впервые за долгое время я настроился на волну.

Она была в доме Бекки. Бекки и Люсиль, ее мать, были там. Я тоже был удивлен, увидев там свою мать.

Они сидели в гостиной. Я узнал дом с того единственного раза, когда был там. Это было после Варбельской игры. Горан взял под контроль всех драконов и напал на Елену. Я был ошеломлен, потому что думал, что Елена могла Взойти, когда Солнечный Взрыв обрушил на нас свой огонь. Я должен был спасти ее той ночью. Если бы я этого не сделал, она бы Взошла.

Они красили ногти на ногах и мазали лица каким-то дерьмом, похожим на гуакамоле.

Фу, это было не по моей части.

Я почти отключился, когда Елена подумала о том, на что это было бы похоже, если бы ее мама была там. Она чувствовала себя обделенной.

Мне это нравилось.

Даже в окружении друзей она все равно чувствовала себя чужой. Не чувствовала себя как дома.

Она подумала о Джордже и Бекки и о том, как легко им было друг с другом.

«У него нет гребаного выбора. Сука».