Шрифт:
— А теперь, — тоном конферансье заговорил папа, — по нашей стародавней традиции, право разрезать этот восхитительный праздничный торт, разработанный и сконструированный нашей несравненной мамой, предоставляется…
Папа выдержал долгую, театральную паузу, во время которой Стёпа даже тихонько заскулил от нетерпения.
— … предоставляется… тому… кто… найдёт под своей тарелкой счастливую монетку!
— Ой! — вскрикнула Варя и быстро перевернула свою тарелочку, но, увы, под ней было пусто. Вслед за ней, тарелку перевернул Серёжа, но и его ждало разочарование.
— Интрига нарастает, — комментировал ситуацию папа. Его глаза смеялись за погнутой оправой очков, которую он небрежно скрепил изоляционной лентой.
— Ну, что, дорогая моя, — обратился он к маме, открываемся?
— На счёт три.
— Раз. Два. Три!
Они одновременно подняли свои тарелки, но, ни у кого из них монетки тоже не оказалось!
— Эй, что такое? — возмутился Серёжа. — Как так?!
— Да, — сказала Варя, — как так, папа? Где же счастливая монетка?
— Ты, наверное, забыл положить монетку? — участливо спросила мама.
Папа изумленно смотрел на стол и судорожно шарил по своим карманам.
— Не может быть! Я точно помню, что положил её под какую-то тарелку! Я абсолютно уверен!
— Вот она, — вдруг закричала Варя, ныряя под стол и выскальзывая обратно с большой старинной медной монетой в руке, — вот она! Я нашла!
Папа осторожно взял монетку из её рук и тщательно осмотрел, словно удостоверяясь, что у той нет маленьких ножек.
— Странно, странно, — пробормотал он. — Очень странно… Должно быть, она каким-то чудесным образом укатилась… Однако, в любом случае, монетку нашла Варвара, и право разрезать торт предоставляется ей. Прошу вас, леди!
Глава 2
Кофе был почти выпит и папа, удобно откинувшись в плетёном кресле-качалке, застеленном шерстяным пледом, неспешно допивал последнюю чашку, держа жмурившегося от удовольствия Степашку у себя на коленях, и неспешно разглагольствуя с мамой, о том, как ему лучше ухаживать за своими розами, которых у него было «великое множество». В прошлом году, в один день, Варя насчитала 121 распустившийся бутон розовых, белых, красных, оранжевых и даже, синих роз, которые, впрочем, вовсе не были синими, а просто так назывались. И папа, конечно же, хотел этот рекорд побить. Ребятам было не очень интересно слушать их разговор, им не терпелось поскорее проведать свои владения, которые они не видели много месяцев.
— Пап, мам, а можно мы пойдём, погуляем? — спросил Серёжа.
— А как же скворечник? Мы хотели повесить скворечник? — спросил папа.
— Мы вернёмся и повесим. К тому же, мы его ещё не покрасили, — ответил Серёжа.
— Вы хотите покрасить скворечник? — поинтересовалась мама.
— Да, сказал папа. — И притом самыми яркими цветами.
— А так можно? — спросила, как вы сами понимаете, Варя.
— Думаю, да, — ответил папа. — Почему нет? мы же красим дома в яркие цвета.
— Птицы могут испугаться, — сказала мама.
— Ничего, — успокоил её папа, — зато у нас будут жить самые смелые скворцы в округе! Варвара, у тебя есть краски?
— Да, — кивнула Варя.
— Вот и замечательно, — сказал папа, весело потирая руки. — Когда вернётесь, мы покрасим скворечник и вечером повесим его на сосну.
— А их не смоет дождём? — спросил Серёжа.
— Хм, — задумался папа, но потом просиял. — Мы покроем скворечник лаком!
— Боже мой, — обречённо сказала мама, — несчастные птицы. Мало того, что их дом будет их пугать, так ещё и ужасно пахнуть.
— Ерунда, — сказал папа, которого трудно было остановить, если ему в голову приходила какая-нибудь «великолепная» идея. — У меня осталось немного отличного мебельного лака в сарае, за ночь он высохнет, и птички буду очень счастливы в своём новом домике. Правда, Варвара?
— Да! — обрадовалась Варя. — А у них будут окошки?
— Честно говоря, я не думал об этом, — пробормотал папа, — а они должны быть?
— Конечно, это же домик, — сказала девочка.
— Я не очень уверена, что скворцам понравится, если у них буду окошки, — сказала мама, — Им будет неуютно и холодно.
— Жаль, — сказала Варя. — Я хотела сшить им маленькие шторы.
— Как мило, — сказала мама. — Но им и вправду будет лучше, если окошек не будет.
— Я придумал, — сказал Серёжа. — Мы им нарисуем окошки!
— Великолепно! — поддержал идею папа. — И окошки, и шторки, и даже маленькие горшочки с цветами на подоконнике!
— Ура, ура, — захлопала в ладоши Варя. — А можно нарисовать рядом с цветами кошку?
— Кошку, — с притворным сомнением покачал головой папа. — Как ты думаешь, дорогая, можно нарисовать на скворечнике маленькую кошку в окне?