Каким-то образом новости о том, что он саботировал игру ради девушки, быстро расползлись по кампусу. Поскольку именно со мной он говорил за несколько минут до провального броска, я была главной подозреваемой. Девушки шептались при виде меня, а баскетбольная команда бросала на меня угрожающие взгляды.

– Она ведь не такая уж и красивая, – услышала я как-то разговор двух чирлидерш. – Если уж он собирался саботировать всю свою будущую баскетбольную карьеру, то ему стоило сделать это ради задницы получше.

Я виновато склонила голову, поспешив скрыться в библиотеке. Откуда мне было знать, что на игре были спортивные скауты? Мои знания о спорте ограничивались способностью различать мячи разного цвета, и вообще – кто мог подумать, что он реально это сделает?

Я стала проводить больше времени перед зеркалом по утрам, нанося макияж и завивая волосы. Поскольку теперь все смотрели на меня, я хотела выглядеть хорошо.

Я была слишком симпатичной, чтобы казаться простушкой, но не выглядела экзотично. Кэмми однажды сказала мне, что людей отпугивает мой угрюмый вид. И все же Калеба Дрейка это не напугало. Он провалил бросок намеренно. Он сыграл по моим правилам, и я проиграла.

– Оливия, тут, э-э… доставка для тебя, – позвала Кэмми из комнаты однажды вечером, пока я была в ванной.

На моей аккуратно заправленной кровати лежала коробка. Я быстро убрала ее оттуда и отряхнула покрывало. Кэмми закатила глаза и упала на свою кровать, которую не заправляла уже неделю.

– Открой коробку! Ее доставил тот жуткий парень из почтовой службы колледжа. Он попытался понюхать мои волосы, когда я брала посылку.

– У него просто насморк, – пробормотала я, хватая ножницы. – Не льсти себе. – Я открыла коробку и растерянно уставилась на то, что лежало внутри. – Это сдутый баскетбольный мяч, – сказала я, показывая мяч Кэмми.

К нему был прикреплен конверт. Кэмми села, внезапно посерьезнев.

– Нет, гений, это тот самый сдутый баскетбольный мяч!

Я тяжело сглотнула, читая записку:

– Невероятно! – сказала я, держа мяч в руке. – Даже без «пожалуйста»! Да он практически приказывает мне туда пойти!

– И ты пойдешь. – Кэмми встала, уперев руки в бока.

Я втянула воздух сквозь зубы и отрицательно мотнула головой.

– ОЛИВИЯ! Ты испортила для него самую важную игру сезона! За тобой должок.

Вероятно, она была права.

– Ладно. ЛАДНО! – закричала я ей в тон. Схватив из шкафа первый попавшийся худи, я агрессивно натянула его через голову. – Но на этом все, ясно? – Я обвиняюще ткнула пальцем в ее сторону. – Я встречусь с ним в библиотеке, но потом я не хочу ничего слышать об этом ни от тебя, ни от него, ни от этой чертовой группы поддержки!

Кэмми просияла.

– Только запомни все до мельчайших подробностей и не забудь упомянуть мое имя.

Я хлопнула дверью, уходя.

В пятницу вечером библиотека кампуса напоминала город-призрак. Женщина с хмурым лицом стояла за стойкой и испепеляла взглядом двух первокурсников, которые целовались неподалеку. Я прошла мимо фотографии Лоры Хильберсон на стене, под которой значился призыв связаться с администрацией, если кто-то ее видел. Она была симпатичной, как Дейзи Дьюк, – блондинка, насыщенный макияж, чувственные губы, которые будто только что сосали леденец. Она пропала шестнадцать дней назад, и Нэнси Грейс – моя героиня – занималась освещением ее истории в прессе.

Я вздохнула. Было еще рано. Я решила пройтись до секции художественной литературы, чтобы посмотреть, нет ли там чего-нибудь, стоящего прочтения.

Калеб нашел меня там несколько минут спустя.

– Привет, Оливия.

Он шел с такой нелепой уверенностью, что мне немедленно захотелось поставить ему подножку.

– Калеб, – я сухо ему кивнула.

На нем был черный бушлат поверх дорогого кремового свитера. Мое сердце забилось чаще. Я попыталась его успокоить и повернулась к парню. Он стоял, засунув руки в карманы своих вельветовых брюк – прямо в стиле модного мужского журнала. Я ожидала, что он заявится в одной из тех дурацких баскетбольных курток и в старых джинсах.

– Почему ты так вырядился? – огрызнулась я, добавляя еще один роман к растущей кипе книг на столе.

– Как ты находишь время на чтение? – спросил он, поднимая книгу со стола, чтобы взглянуть на обложку.

Я не собиралась признаваться ему, что у меня не было личной жизни и что все выходные я читала. Вместо этого я послала ему неодобрительный взгляд, надеясь, что он сменит тему. Глупый качок, вероятно, в жизни ничего не прочитал от корки до корки. Я так и собиралась ему сказать, когда он прошелся вдоль стеллажа и принес мне потрепанную книгу.