— Наконец-то выяснили! — наигранно обрадовался он, — спасибо, лейтенант, свободен!

Участковый вышел из комнаты, озираясь на трупы детей и качая головой.

— Славик! — обратился Сергей к Желобову, — сними отпечатки с крана на кухне обязательно. Там «пальчики» убийцы.

Желобов оторвался от работы и с улыбкой посмотрел на Перова.

— Уже снял, Сергей Константинович! — отчеканил эксперт.

— И что скажешь? Есть там пальчики? — спросил Перов.

— Четкие, со следами крови, — ответил Желобов, — остались на никелированном вентиле крана….

Перов удовлетворенно посмотрел на эксперта и задумался на короткое время. Его снова что-то беспокоило, что не входило в логику его рассуждений.

— Слава, отставь пока снятие отпечатков в гостиной, — задумчиво сказал Перов, — и совместно с Оленькой посмотрите раны на трупах. Меня интересует предполагаемое орудие убийства, которое мы пока здесь не обнаружили.

Желобов и Иванникова уходят, Перов насвистывает какую-то мелодию, что означает его удовлетворение. Вскоре входят Желобов и Иванникова и осматривают рану на трупе мальчика. Криминалист кивает Ольге головой.

— Думаю, орудием убийства служил большой широкий кухонный нож, — сказал эксперт, — примерно такой в грязной посуде в мойке на кухне….

— Это и есть орудие убийства, — уверенно заявил Перов, — возьмите его на микробиологическую экспертизу….

— Почему Вы так решили, Сергей Константинович? — с недоумением спросил Севрюков.

— Не тупи, Геннадий! — ответил Сергей, — включи дедукцию….

— Пока не вижу связи! — произнес Геннадий.

— Уж не думаешь ли ты, что вдова мыла посуду в два часа ночи? — с иронией спросил Перов, — мойка была заставлена грязной посудой, а воду открыл убийца. Вымыл руки, бросил нож и ушел, забыв повернуть кран. Мойка переполнилась, и вода потекла на пол. Имеются следы лужи на линолеуме у мойки. Возможно широкий кухонный нож, лежащий в грязной посуде, и является орудием убийства…. Такие тесаки, Гена, с собой не носят!

Севрюков выдержал насмешливый взгляд Перова.

— Выходит, что убийство могло быть непреднамеренным? — высказал он догадку.

Перов утвердительно кивает головой.

— Да, Гена, — утвердительно ответил Перов, — но мотив пока непонятен. Что еще можно сказать навскидку? Я не видел на лестничной площадке кровавых следов от обуви, которые мы видели в прихожей.

— Зеваки затоптали, наверное! — выпалил Севрюков.

— Я лично сомневаюсь! — сказал Перов, — посмотри, какие они «смачные» в квартире. Такие следы на площадке не так просто и затоптать…

Севрюков чешет затылок, показывая, что он снова не подумал.

— Славик, посмотри еще раз на лестничной площадке, — крикнул Желобову Перов, — может, что осталось от кровавых следов.

— Я уже посмотрел, когда входил в прихожую, — отозвался Желобов, — кровавый след обрывается, как будто убийца на крыльях выпорхнул из квартиры.

— Или переобулся аккуратно, покидая квартиру, — предположил Перов, — а почему мне не говоришь?

— Так ведь не спрашивали пока, — отозвался Желобов.

В комнату входит Пашков. По его улыбке можно судить, что он доволен опросом.

— Сосед справа показал, — торжественно произнес Пашков, — что ночью слышал, как в квартиру Плотникова кто-то настойчиво звонил и громко просил Лену открыть ему дверь. Голос очень был похож на умершего Виталия….

— Это сосед, который выпивает часто? — уточнил Перов.

— Тот самый, он и сейчас с будуна, — с улыбкой подтвердил Пашков.

— Может ему это почудилось? — засомневался Перов.

— Клянется, что слышал четко, — информировал Пашков, — он даже вставал с постели и подходил к своей двери! Слышал, как умерший Виталий громко и несколько раз просил открыть….

— Ладно, допросим повторно, — успокоил Пашкова Сергей, похлопав его по плечу, — а ты вот что, пригласи этого соседа на кухню, пока я запишу себе кое-что, и потом поищи в мусорных баках мужские туфли убийцы, которыми он наследил в квартире….

— Хорошо, Сергей Константинович, — ответил Пашков и вышел из комнаты.

Перов поднялся и пошел на кухню, Севрюков остался помогать эксперту и Ольге. Зайдя в комнату, Сергей поднял кухонный табурет и, приставив его к столу, настроился записать результаты осмотра. Он вынул из папки крокодиловой кожи заготовленный скоросшиватель, достал из него листы бумаги и принялся быстро писать.

Через некоторое время в комнату вошел сосед. Он со страхом озирался на кровавые следы. Перов специально проводил иногда допросы на месте происшествия, считая, что сама обстановка и вид крови или даже трупа, способствует дополнительному доверию свидетеля. Правда были и такие, которые теряли сознание, за что Перов часто получал взыскания от начальства.

— Можно? — робко спросил сосед Плотниковой, входя в комнату.

— Да, конечно! — ответил следователь, — это я Вас и пригласил! Присаживайтесь!